Она схватила шкаф за край и изо всех сил потянула. Перн пришел ей на выручку и подтолкнул с другой стороны, пыхтя от натуги. Наконец шкаф удалось сдвинуть, но Нола, и без того ослабевшая от голода, едва не потеряла сознание. Сил у нее совсем не осталась.

– Гриттель? – окликнула она. – Гриттель, это я! Нола!

В подполе что-то с грохотом разбилось. Наверное, банка.

– Гриттель! Держись!

Нола отомкнула щеколду люка, глубоко вогнав в руку занозу, и распахнула створку.

Внутри никого не было. Только крыса порскнула прочь, сшибая с полок банки.

– Ох, а я так надеялась… – прошептала Нола. – Шкаф же прикрывал люк…

– Наверное, их все-таки нашли, – сказал Перн. – А потом придавили люк шкафом.

Он спрыгнул в тесный схрон, огляделся, подобрал несколько банок.

– Тут почти все съедено, – сказал он.

– Дело не в еде, – вздохнула Нола. – Где же Гриттель?

– Понимаешь, если они все это съели, значит их взяли в плен недавно, – сказал Перн. – Наверное, они еще живы.

Нола воспрянула духом.

– Но куда их увели? На скотном дворе Гриттель не было.

Перн пожал плечами.

Нола вышла на улицу. Все вокруг был разрушено. Издалека слышались крики наемников. Дракон то и дело пикировал к земле и с жуткими пронзительными воплями раздирал Змиерубов в клочья.

Из лавки появился Перн. Он двигался медленно, с трудом, тяжело переводя дух.

– Надо забраться повыше, – сказала Нола. – Откуда видно получше.

Перн с хрипом втянул в себя воздух.

Нола пригляделась. В городе явно начались беспорядки, но толком было не понять, из-за чего вся эта суета. И тут Нола вспомнила, как выменяла у Келлара рисовое вино. Дурацкое рисовое вино.

– Перн, пойдем в «Кошачий глаз»! – крикнула она, бегом бросаясь по улице.

Перн без сил осел на землю.

Нола обернулась. Перн оперся на стену лавки, безуспешно пытаясь встать. Нола подбежала к нему, обхватила под грудь и попыталась поднять, но упала вместе с ним.

– Не заморачивайся, – прохрипел он. – От меня все равно толку не будет. Вообще никакого толку…

Нола промолчала, понимая, что он прав.

– Отдохни пока, – наконец сказала она. – Подкрепись едой из подвала. Я найду Гриттель и остальных, мы за тобой вернемся и вместе выберемся из города.

Перн утер пот со лба.

– Да-да, конечно.

– Тебе помочь зайти в лавку?

– Я сам справлюсь. Беги. – Он сделал глубокий вдох. – И еще, Нола…

– Что?

– Если найдешь Трокци и он… – дрогнувшим голосом произнес Перн, вытащил что-то из кармана и вложил в руку Нолы. – Дай ему мою ракушку. Он никогда своей не носил… Упертый сукин сын.

– Обязательно, – ответила Нола, бережно пряча ракушку.

На улицах валялись трупы наемников, убитых Бершадом, но Нола не обращала на них внимания. Она примчалась в таверну, распахнула дверь, спустилась в подвал и отыскала в сундуке папирийскую подзорную трубу Келлара. Потом взбежала по лестнице на чердак, открыла окно, смахнула едкий пот с глаз и осмотрела город.

Первым делом она направила подзорную трубу на крепость. На крепостных стенах мельтешили безоружные люди, безуспешно пытаясь сбежать.

Их преследовал окровавленный полуголый Бершад, сжимая в одной руке копье, а в другой – вилку. Один из Змиерубов споткнулся и упал, а Бершад на ходу проткнул ему череп.

Нола вгляделась в особняки по соседству с крепостью.

Идеально ухоженный сад в особняке барона Куспара теперь представлял собой омерзительное зрелище: там и сям торчали копья с насаженными на них безрукими телами, а цветочные клумбы были усеяны гниющими внутренностями.

Сквозь распахнутую дверь виднелась кухня. Нола похолодела.

В кухне сидела Винди. На цепи, но живая, с перемазанным сажей лицом, опухшим от слез.

Значит, Гриттель тоже где-то там.

58. Каспар

Заповедный Дол, внешние стены крепости

На внешних стенах заповеднодольской крепости Змиерубы со всех ног улепетывали от Бершада.

– Он демон! – завопил один, оттолкнув Кастора. – Бегите к неболёту! Спасайтесь!

Вергун вонзил клинок в затылок наемника и пробормотал:

– Трус.

Убивать своих же – не самое мудрое решение во время атаки противника, но дезертиры всегда заслуживают смерти.

Вскоре бегущих Змиерубов стало так много, что Вергун умаялся бы махать палашом. Кастор заметил, что многие либо бросают оружие, либо даже не пытаются защищаться, хотя у некоторых и были окровавлены клинки и лица.

– Если Бершад действует в одиночку, почему его еще не убили? – спросил Кастор.

– Будь начеку, – предупредил его Вергун. – Он где-то рядом.

Они вышли во двор, где под одной стеной высилась груда сваленных за ненадобностью больничных коек, а у другой виднелся колодец.

Дракониха уничтожила последнюю катапульту, взлетела и, расправив крылья, заложила вираж над городом, а потом опустилась на крышу старой сторожевой башни у главных крепостных ворот. Вергун с Кастором спрятались под аркой. Дракониха неторопливо осматривала разрушения.

Крепостные ворота, закрытые на засов, охранять было некому, поэтому никто не остановил человека, который взобрался на зубчатую стену и спрыгнул во двор.

Сайлас Бершад.