Эшлин услышала, как Джолан, столкнувшись с Бершадом у входа, крикнул ему вслед:

– Погоди!

Бершад остановился:

– Если уж Эшлин меня не сумела уговорить, то тебе и подавно не удастся.

– Но…

– Ты должен ее оберегать. Она, как и я, никакого удержу не знает. Присматривай за ней, не позволяй совершать дурацкие поступки, не то я вернусь из Заповедного Дола – или из мертвых – и тебя убью. Понятно?

– Да, – дрожащим голосом ответил Джолан.

Эшлин тяжело вздохнула, заставляя себя успокоиться. Джолан вошел в хижину. Видно было, что он с трудом сдерживает слезы.

– Я не смог его остановить, – сказал он, шмыгая носом.

– Бершад прав: если уж я не сумела его уговорить, то тебе и подавно не удастся, – ответила Эшлин.

– И что нам теперь делать?

– Продолжать исследования, – сказала она. – Другого выхода у нас нет.

Джолан кивнул:

– А сколько божьего мха он забрал?

– Всю котомку.

– Но если он им воспользуется, то…

– Знаю, – сказала Эшлин, похлопав Джолана по плечу. – Поэтому ты сейчас займешься приготовлением большой дозы нейтрализующего раствора самой высокой концентрации. А я скоро вернусь.

– Ты куда?

– К единственному человеку, которого Бершад не прибьет, если тот увяжется следом.

45. Бершад

Дайновая пуща

Спустя два часа после ухода из Прели Бершад учуял запах Фельгора. Баларский вор стащил у Симеона сыр и жевал его, пробираясь по джунглям.

Бершад легко мог сбить его со следа, но Фельгор не раз спасал ему жизнь – и пробравшись по дворцовой клоаке в пыточный подвал Озириса Варда, и спрятавшись в трюме корабля, чтобы вместе с Бершадом попасть на таинственный остров, затерянный посреди Великой Пустоты. Бершад хорошо знал, что Фельгор ни за что на свете от него не отвяжется. А в джунглях кишмя кишели голодные драконы.

Бершад остановился у прохладного ручья и стал дожидаться приятеля.

Фельгор на удивление быстро шел за Бершадом, хотя пару раз терял след и ненадолго сбивался с пути. К ручью он добрался, обливаясь потом.

– Привет, Сайлас, – сказал он и повернулся к драконихе, устроившейся в раскидистой кроне дайна над водой. – И тебе привет, Дымка.

– Ей не нравится, когда ты ее так называешь.

Фельгор только пожал плечами:

– Ну и что ты собираешься делать?

– Вернусь в Заповедный Дол и убью Валлена Вергуна и всех его Змиерубов до последнего, – сказал Бершад.

– Отличный план, – радостно заявил Фельгор, будто Бершад предложил ему выпить пива в ближайшей таверне.

– Фельгор…

– Даже не начинай, Сайлас, – отмахнулся Фельгор, наполняя флягу родниковой водой. – Если бы ты действительно хотел меня отговорить, то не оставил бы такого четкого следа. Так что не надо читать мне нотации.

– А я и не собирался, дурень.

– Вот и славно.

– И чем же тебя нагрузила Эшлин? – спросил Бершад, указывая на котомку за спиной Фельгора.

Баларин скинул котомку с плеча и вытащил из нее огромный шприц, наполненный вязкой черной жидкостью:

– Джолан научил меня делать уколы. Я целый банан исколол.

– Мне эта гадость ни к чему.

– Ну, пусть будет. Лишняя предосторожность нам не помешает. Королева велела, чтобы я ни в коем случае не допустил твоего превращения в дерево, – объяснил Фельгор. – Честно сказать, я боюсь ее куда больше, чем тебя. В общем, я иду с тобой. И шприц беру.

Бершад покачал головой:

– Ладно, будь по-твоему. Только не отставай.

– И не подумаю.

Бершад решительно двинулся вперед. Фельгор засеменил следом.

– Вот если бы у тебя не было так много всяких прозвищ, я бы тебе очень хорошее придумал. Знаешь, какое?

– Нет. Мне плевать.

Фельгор смахнул с шеи муравья.

– Я б назвал тебя Солнышком. За твое теплое отношение к людям.

– Фигня какая-то.

– Вот-вот.

Бершад ускорил шаг и на холм поднялся почти бегом. Оглянулся. Фельгор, пыхтя и отдуваясь, карабкался по склону.

– Я же просил тебя не отставать, – сказал ему Бершад, когда баларин наконец добрался до вершины холма.

Фельгор сел на корточки, свесил голову между ног и сплюнул.

– А я не думал, что ты будешь бежать до самого Заповедного Дола.

– Если идти обычным шагом, то будет слишком долго – дня три, а то и больше.

– Бегом три дня подряд все равно не выйдет, – возразил Фельгор.

Действительно, в обычных обстоятельствах это было невозможно.

Бершад вытащил из котомки комочек божьего мха и сунул в рот. Боль в мышцах и легких исчезла. Он вздохнул, опустился на колено и потребовал:

– Обещай мне, что никогда и никому про это не расскажешь.

Фельгор усмехнулся:

– Обещаю.

– Ладно, садись ко мне на закорки.

46. Нола

Заповедный Дол, свинарник

Нолу и Перна отвели в крытые загоны для скота и заперли там вместе с другими жителями Заповедного Дола. Змиерубы обмотали каждый загон тремя рядами странных черных веревок, чтобы пленники не вырвались на свободу.

С тех пор прошло семь дней.

В один загон с Нолой попали Сако, Кико и однорукий ветеран Дервис. Каждый день в свинарник приводили новых пленников, и каждый день Нола молилась, чтобы среди них не оказалось Гриттель.

О ней не было никаких вестей.