– Ну, ты же к нам по своей воле пришла. Что, не желаешь, как все, довольствоваться объедками? Захотелось разжиться свининкой для таверны, денег побольше огрести, так ведь?

Нола сжала кулаки, до крови впилась ногтями в ладони, понимая, что ее загнали в угол. На улицах Заповедного Дола было неспокойно, закон и порядок переживали не лучшие времена, так что Элондрон с его бандой, хотя и опасались торговать опиумом в открытую, без особых помех могли избить и обокрасть Нолу.

– По свинье в неделю? – переспросила она.

– Вот именно.

– И сколько же свиней наворовали твои бандюганы?

– Не волнуйся, – с улыбкой сказал Элондрон. – Твои посетители без свинины не останутся до тех пор, пока балары не перебьют всех драконов, да и нас заодно.

Нола задумалась. Легче всего взять серебро и сбежать куда глаза глядят, подальше от этого мерзкого города. Да, конечно, очень не хочется марать совесть, но как уберечь Гриттель в джунглях, где в любой миг дракон, спикировав с небес, может сожрать сестренку?

– Договорились.

28. Бершад

Дайновая пуща

Когда отряд Бершада доставил продовольствие с разбившегося неболёта, все командиры собрались на холме, над дайновой рощей, где стоял войсковой лагерь. До Бершада доносились смех, шутки и дружеская перепалка воинов, но самое главное – люди были сыты.

– Ох, какая вкуснотища! – вздохнул Виллем, доев свою порцию риса с фасолью и свининой; его люди сражались с патрулями Змиерубов на севере Дайновой пущи и вернулись в лагерь за день до Бершада. – Как у данфарцев получается такая вкусная свинина? – спросил он Керриган.

– Это секрет, – улыбнулась она.

– А почему мне больше не дают сыра? – пожаловался Симеон, подцепив лепешкой остатки риса с фасолью.

– Потому что тебя от сыра пучит, и ты пердишь так, что все вокруг задыхаются, – сказала Керриган.

– Ну хотя бы маленький кусочек…

– Нет! – в один голос воскликнули Виллем, Эшлин и Джолан.

– Какие же вы мудаки, – буркнул Симеон, почесывая шею.

– Ты лучше наедайся тем, что можешь переварить, – сказала Керриган. – С завтрашнего дня все будут на строгом пайке. Запасы продовольствия надо растянуть на подольше.

– А подольше – это сколько? – спросил Виллем.

– Хорошо бы до конца осени. – Керриган проглотила рис и добавила: – Ну, главное, что проблему с едой мы решили.

– Теперь осталось только уничтожить превосходящие силы и неболёты противника, – сказал Оромир.

– Есть у меня кое-какие задумки по этому поводу, – сказал Виллем. – Пока вас не было, мы разобрались с картами, которые украл Фельгор. Оказывается, это не просто места высадки вражеских десантов. – Он расстелил карту на земле и прижал уголки камешками. – Балары планируют высадки и возвращение десантных отрядов по строгому графику, через каждые три, шесть и девять дней, по определенной схеме. Например, если Змиерубы высаживаются вот здесь, то место эксфильтрации через три дня – вот здесь, через шесть дней – вот тут, а через девять – вот там.

– А нафига им так заморачиваться? – спросил Симеон.

– Это не заморочки, – возразил Оромир. – Ты же знаешь, поганые шестереночники обожают графики, точное время и все такое прочее.

– Напоминаю, за «поганых шестереночников» ответишь! – возмутился Фельгор и серебряной вилочкой подцепил здоровенный кусок жареной свинины.

– Откуда у тебя вилка? – спросил Бершад.

– Выиграл.

– Как это?

– Смухлевал в кости.

– А, ну как обычно.

– Так вот, – продолжил Виллем. – Змиерубы заморачиваются, как выразился Симеон, для того, чтобы точно знать наперед, в какое время и откуда именно их заберут. То есть им не требуется всякий раз запрашивать об этом командование. Так что все очень просто: неболёт прибывает в заданное время и в заданное место, а Змиерубы в алом боевом раскрасе поднимаются на борт. В общем, это очень легко отслеживается.

– И вы уже разобрались во всем графике? – спросил Бершад.

– Примерно наполовину. Мои разведчики продолжают прочесывать джунгли в поисках мест высадки и эксфильтрации. А главное – неболёт прилетает в каждую заданную точку независимо от того, есть там Змиерубы в алом боевом раскрасе или нет, – многозначительно заявил Виллем.

– А, ты хочешь переодеться и проникнуть на неболёт так же, как мы это сделали в Черном Утесе, – сказал Оромир.

– Ага. Только сейчас нам не придется шастать по всему городу и карабкаться по канату. Заберемся в неболёт, быстренько его взорвем и скроемся в джунглях. – Он повернулся к Эшлин. – И здесь нам бы очень пригодилась помощь нашей королевы-ведьмы.

Все уставились на Эшлин.

– Я готова, – сказала она, – только, боюсь, этого недостаточно.

– Почему?

– Потому что Эшлин у нас одна, – пояснила Керриган. – А нам нужно уничтожать неболёты по всей Дайновой пуще, и чем быстрее, тем лучше, чтобы Вард не успел сообразить, что происходит.

– Совершенно верно, – кивнула Эшлин.

– Даже если на неболёт попадут двадцать наших воинов, шансов на успех очень мало, – вздохнул Виллем. – В лучшем случае нам удастся уничтожить один летучий корабль из десяти, а наши потери будут велики, ведь на каждом неболёте есть боевой аколит.

Все умолкли.