– Какое у тебя нутро нежное, – сказал ему Бершад. – Ты б его закалил, что ли.

– Вот научусь отращивать себе кишки, как ты, и сразу начну их закалять.

– Постарайся больше не блевать, а то ослов перепугаешь, – предупредил Бершад.

– По-моему, для них страшнее джунгли, в которых кишат драконы.

К полудню они добрались до места, усеянного трупами мартышек.

– Как-то это неестественно, – заметил Кочан. – Они их не сожрали, а просто убили, без всякой причины.

– Такое часто случается, когда самцы собираются вместе, чтобы захватить новые территории, – объяснила Эшлин. – Хищники подзуживают друг друга, распаляются и ведут себя непредсказуемо, с особой жестокостью.

– Насколько мне известно, самые непредсказуемые и жестокие ситуации возникают именно там, где собираются мудаки, – сказала Керриган, обходя полусгнивший труп.

– От женщин тоже неприятностей не оберешься, – сказал Симеон.

– Да? Назови мне хоть одну женщину, которая из-за какой-то дурацкой причины затеяла войну и стала сеять смерть и разрушения на поле боя.

Симеон захохотал и приветственно помахал рукой Эшлин:

– Керриган, не забывай, кто идет с нами.

Керриган поморщилась:

– Войну затеяла не Эшлин, а какой-то альмирский барон.

– Войну начал Уоллес, а я ее завершила, – сказала Эшлин и повернулась к Бершаду. – Ну, что там впереди?

Бершад напряг все чувства. Оказалось, что неподалеку устроили засаду три дуболома, взбудораженные присутствием драконихи.

– Трое, – подтвердил Бершад. – Нарываются.

– Дымка с ними разберется? – спросил Фельгор.

Бершад пожал плечами и мысленно обратился к серокрылой кочевнице.

Она презрительно фыркнула и, взлетев над кронами, направилась прямо к дуболомам.

15. Вира

Дайновая пуща, тринадцатый сектор

– Теперь понятно, почему Озирис Вард не хотел с этим связываться, – сказал Децимар. – Я в жизни не видывал столько драконов.

– Ага, – согласно кивнула Вира, оглядывая стаю дуболомов, кружившую в небесах, будто туча огромных ласточек; вдобавок невероятное число драконов пряталось в кронах древних дайнов.

Она повернулась к Гарвину. Он наблюдал за своими двумя солдатами, которые настраивали какой-то аппарат Варда, похожий на кипу сплавленных сигнальных рожков.

– Готово?

– Фиг его знает, – ответил Гарвин. – Инженеры только объяснили, как его включать.

Вира посмотрела на приближающихся драконов в лиге от неболёта:

– Вот и включай.

Один солдат взялся за длинный рычаг из драконьей кости, торчащий в боку аппарата, и с натугой потянул его на себя. Не вышло.

– Застряло.

– Дергай сильнее.

– А если сломается?

– Оно же из долбаной драконьей кости, ее фиг сломаешь.

Солдат снова рванул рычаг – безуспешно. Гарвин оттолкнул его в сторону, встал, расставив ноги, и дернул изо всех сил. Что-то щелкнуло, затрещало, и рычаг сдвинулся.

По шлангам, присоединенным к аппарату, полилось драконье масло. Устройство завибрировало и негромко загудело.

– И это все? – спросила Вира.

– Вроде бы да, – ответил Гарвин.

Вира посмотрела на тучу драконов.

– Может, улетим отсюда? – спросил Энтрас, пилот «Синего воробья». – Потому что они не…

Внезапно драконья туча разделилась надвое, и в небе открылся узкий свободный проход к дальней стороне джунглей.

– Полный вперед, Энтрас! Пошевеливайся!

– Есть полный вперед!

Неболёт стремительно рванул к проходу, затененному крыльями множества драконов. На борту все умолкли, глядя на беснующиеся стаи.

На полпути из устройства повалил черный дым.

– Наверное, это плохой знак, – сказал какой-то солдат, заглядывая в раструб аппарата и морща нос. – Пахнет паленой шерстью. Интересно, оно еще работает?

Внезапно мимо неболёта пролетел дуболом и, хлестнув хвостом, одним взмахом снес головы десяти солдатам.

– Ложись! – крикнула Вира и плашмя растянулась на палубе.

Гаррет уже лежал ничком. Остальные последовали его примеру.

Окружив неболёт, драконы били по нему хвостами и клацали челюстями. Два дуболома продрали когтями воздушный шар, но из дыр с шипением вырвался газ, и драконы отлетели в сторону.

Вира подползла к Энтрасу:

– Что бы ни случилось, веди корабль вперед.

Энтрас кивнул, неотрывно глядя в конец быстро сужающегося прохода.

Вокруг бушевал кошмар: клыкастые драконьи пасти, вопящие люди, полный хаос. Вира сжалась в комок и приготовилась к смерти.

И вдруг, без всякого предупреждения, все закончилось.

Вира выждала еще немного, а потом встала. Посмотрела на чистое небо впереди. Стаи дуболомов остались на месте и не собирались гнаться за неболётом.

– Мы уцелели! – выдохнула она.

– Почти все, – сказал Децимар.

Вира оглядела палубу, залитую кровью и усеянную отгрызенными конечностями.

– Среди наших людей есть жертвы? – спросила она Децимара.

Он помотал головой:

– Нет, отделались небольшими ранениями. А вот галамарцам повезло меньше – они потеряли почти двадцать человек. Видно, не привыкли прятаться.

Вира кивнула. Это было ей на руку, потому что теперь силы стали равны.

Из дыр в воздушном шаре, оставленных драконьими когтями, с шипением уходил газ – после посадки шар придется латать.