Читаем Город сломанных судеб полностью

Она давно открыла для себя все прелести жизни без родителей, поскольку жила и училась в Луганске уже пять лет. Мама и папа остались на севере области, но всячески помогали и поддерживали дочь. На втором курсе они купили Ксении квартиру. Небольшую и уютную.

Ей нравился этот город, она любила своих многочисленных друзей, без устали таскавших ее по разным вечеринкам. Она была любимицей преподавателей и заведующего кафедрой. Университетский период всегда искрит счастливой беззаботностью, алкоголем, любовью, иногда развратом. И вот все это подходило к концу.

Ксюша училась на политолога и начавшиеся зимой события на Украине давали огромный простор пищи для размышлений и поводов для написания работ на конференции. Диплом студентка тоже писала на актуальную тему: «Возникновение украинского политического кризиса: причины, перспективы и риски». В государстве процессы шли очень стремительно, каждый день появлялись сенсационные новости, выступали лидеры Майдана и представители власти. Работая в тесной связке с завкафедрой, Ксюша каждую неделю анализировала информацию, искала схожие исторические примеры и события.

Ксения смотрела на Майдан с большим переживанием, надеждой и симпатией. Она волновалась о тех, кто стоял часами на морозе и пел гимн страны. Многие из тех людей хотели улучшения жизни и пытались сделать свой вклад в будущее страны.

А потом полилась кровь. Действия неизвестных снайперов в Киеве стали последней каплей, развязав руки протестующим. Кадры убийства митингующих навсегда останутся в памяти юной студентки: жертвы прятались за укрытиями, но не могли спастись от жалящих пуль и падали, лежали в неестественных позах, подкошенные меткими выстрелами проплаченных стрелков. В ответ в беркутовцев полетели коктейли Молотова, центр великого города скрылся в черном дыму покрышек, став для всех украинцев на какой-то период квинтэссенцией ненависти и смерти.

Президента свергли. И в какой-то момент Ксюша даже обрадовалась этому факту. В ее юном и неопытном сердце была глупая надежда, что к власти придут другие люди. Слабая, признавалась себе Ксения, но все же надежда. «Может, будут чуточку меньше воровать», — думала она.

В западной части страны начали захватывать административные здания и свергать власть действовавшей партии. Восток не намного отставал, и начались протесты против беспредела в столице и госпереворота.

В один из апрельских дней мы сидели с Ксюшей на скамейке возле университетского корпуса. Я давно ее не видел, хотя раньше мы были очень близки. Говорили о происходящем в стране и в нашем городе в частности.

— Я очень скептически отношусь к любым событиям под громким названием «революция», — сказала мне Ксюша. — Вспоминая всемирную или даже украинскую историю, не могу привести ни одного примера, когда радикальные преобразования в какой бы то ни было системе приводили к улучшению качества жизни обычных граждан. Но знаешь, у меня все-таки теплится надежда, что станет лучше.

Сообщение о том, что в Луганске митингующие взяли штурмом здание Службы безопасности Украины, прозвучало по радио в момент празднования дня рождения Ксении, гости уже сидели за столом, оживленно переговаривались, шутили, выкрикивали пожелания и тосты. Сперва не все расслышали или поняли, но постепенно смешки и разговоры затихли и повисла тяжелая неловкая пауза, позволившая обдумать произошедшее. Каждый старался не встречаться взглядом с остальными, по комнате словно продолжало гулять эхо новости. А на улице солнышко играло с весенними облачками. Люди же сидели неподвижно, будто нарисованные. Наконец, кто-то пересилил себя, заговорив и все снова пришло в движение. Праздник пошел своим чередом: угощения, вино, музыка, болтовня и смех.

Близилось лето, события на востоке развивались стремительно, неслись многотонным составом, и для многих оставалось загадкой, что будет дальше. Самые прозорливые и реалистичные понимали, что будет война. Неизвестность пугала Ксюшу, ее маленький мирок постепенно рушился, разные эмоции сменяли друг друга, депрессия не проходила. Когда-то она мечтала об окончании университета, планировала заняться научной деятельностью и, возможно, остаться работать в вузе. С Виталиком у них вроде все серьезно. Несколько раз они расставались, но забыть об отношениях и чувствах не получалось, какой-то неведомый магнит притягивал их снова и снова. К концу учебы в голове все разложилось по полочкам. На протяжении всего пятого курса девушка строила приятные планы на будущее. Но… все менялось и становилось очевидно, что эти мечты не будут иметь ничего общего с реальностью. То страшное, что приносил с собой каждый новый день, отнимало все душевные силы, уничтожало всю внутреннюю гармонию. Оставалась одна цель — пережить. Переждать. Может будет лучше. Может все изменится. Или даже… станет как раньше. Всегда ведь кажется, что дальше должно быть лучше, а оглядываясь назад, понимаешь, что лучше было там.