Читаем Город дождя полностью

– Я тоже так думал, – ответил он, осторожно взяв мою руку, как будто опасаясь спугнуть, – но Радуга убедила меня дать тебе шанс. Из-за ничтожной группы самонадеянных кроманьонцев, которые осмелились напасть на нас тогда, я не успел показать тебе древние писания нашего рода. Можешь мне не верить, но там говорится о тебе. Ты сыграешь важную роль в грядущей битве с горожанами, и это произойдёт совсем скоро.

 Его слова представлялись мне полным бредом, но всё-таки они напугали меня, словно мне только что поручили ответственное и непосильное задание, от которого у меня не было возможности отказаться.

– Если я и буду играть какую-то роль, то только в собственной пьесе!

Одёрнув руку, я отвернулась от него и пошла своей дорогой. Он не попытался остановить меня, позволив мне спокойно спуститься вниз по безлюдной улице и исчезнуть за углом переулка. Там, остановившись у толстой рекламной тумбы, я стала бесцельно разглядывать сырые, оборванные листовки. Я снова не знала, куда мне идти, поэтому решила пустить всё на самотёк, забыть о последних событиях и совершить свою обычную разведочную прогулку по городу. В основном все объявления были об исчезновении людей, внезапно пропавших без вести, но среди них встречались и те, где разыскивались домашние питомцы. Все они были наполнены отчаяньем и болью.

– Они думают, что кого-то найдут, – услышала я за собой хриплый мужской голос. – Глупцы!

  На асфальте недалеко от меня в грязной рваной одежде, с торчащей бутылкой из кармана, сидел немолодой мужчина, судя по всему бомж. Он пытался закурить, но ветер упорно гасил его спичку, попутно срывая с тумбы некоторые пожелтевшие листки и разбрасывая их по сырой мостовой. Я хотела проигнорировать его и пойти дальше, но вдруг поняла, что знаю этого мужчину.

– Туман,  что вы тут делаете? – спросила я, подойдя к нему. – Не сидите здесь, вы простынете.

 Он поднял голову и посмотрел на меня отрешённым взглядом, на его лице виднелись свежие шрамы.

– Я думала, что навсегда потеряла вас в том туннеле. Что с вами произошло?

– Пошла прочь, гиена! – крикнул он, агрессивно поддавшись вперёд. – Тебе меня не найти! Думаешь, выследила меня? Чёрта с два! Никого вы не найдёте! Глупцы, чёртовы глупцы!

 Это не было действием алкоголя, он лишился рассудка. Город съел его душу. Неужели со мной может случиться подобное? Страшно думать об этом. Я с грустью посмотрела на него и направилась дальше; не придерживаясь никакого маршрута, просто шла вперёд, пока ноги не вывели меня к берегу.

 Спустившись к реке, я остановилась и всей грудью вдохнула дремлющий осенний воздух. Это немного успокоило меня. Где-то вдалеке слышалось прерывистое уханье совы, вероятно,  она только вернулась с ночной охоты и готовилась ко сну. Рассветало, хотя всё ещё было довольно темно. Чёрный лес, наполняя своими колдовскими ветрами, тайнами и страхами мутное подводное царство, отражался в водяной глади журчащей реки, по которой плавно скользило множество огней. Приглядевшись, я поняла, что это зажжённые свечи. Этот невероятно красивый вид вызвал в моей душе щемящее, но очень сладостное чувство. Я спустилась ниже и подняла одну из плавучих свечей, прибившуюся к берегу. Её тепло согрело мои ладони, и я улыбнулась непонятно чему. Потом, наклонившись, чтобы вернуть свечу обратно, я на секунду оцепенела – мне показалось, что я увидела Андрея, но это было лишь моё отражение. Я выронила свечу, и она погасла, упав в воду. Мне снова стало тоскливо, и я направилась дальше вдоль берега навстречу плывущим огненным цветам.

 Вскоре до меня донеслось чьё-то красивое шёлковое пение, и я устремилась на этот нежный неземной голос, который, казалось, мог принадлежать лишь какой-нибудь загадочной речной нимфе. Однако на берегу реки я увидела знакомую рыжеволосую девушку в старинном тёмно-зелёном платье с длинными рукавами, искусно расшитыми тонкими золотистыми нитями. Это была Мелодия. Она сидела на большом камне, а вокруг неё лежали синие свечи в виде восковых цветов, которые она, зажигая, заботливо спускала на воду, не прерывая своей магической песни. Какое-то время я наблюдала за ней, стараясь разобрать слова, но потом, подойдя ближе, поняла, что она пела на французском, которым я вообще не владела, если не считать нескольких слов: bonjour, merci и je t'aime. Звучание последних слов, как мне показалось, я уловила в её трогательной минорной песне. Под моими ногами негромко треснула сухая веточка, но чуткий слух Мелодии уловил этот шум, и она стремительно обернулась ко мне, как встревоженная лисица, сверкнув пламенной копной волнистых волос. Но, увидев безобидного нарушителя своего одиночества, она успокоилась и одарила меня светлой улыбкой.

– Мелодия, я влюбилась в ваш голос, – сказала я, приблизившись. – О чём эта песня?