Читаем География полностью

17. О кавконах существует много рассказов. Так, их считают, подобно пеласгам, аркадским племенем и, как и пеласгов, кочевым племенем. Во всяком случае Гомер говорит,[1199] что они прибыли в Трою как союзники троянцев; но поэт не сообщает, откуда; по-видимому из Пафлагонии, ибо в Пафлагонии есть племя, называемое кавкониатами, на границе с областью Мариандинов, которые сами также пафлагонцы. Но я буду говорить о них подробнее, когда перейду к описанию этой области.[1200] Теперь я должен добавить к моему рассказу о кавконах в Трифилии следующее. Некоторые говорят, что вся теперешняя Элида от Мессении до Димы называлась Кавконией, Антимах называет всех обитателей то эпеями, то кавконами. Другие же, напротив, утверждают, что кавконы не заняли всей Элиды, но жили разделенными на две части: одна часть в Трифилии вблизи Мессении, другая же — в Бупрасиде и в Келеэлиде близ Димы; и Аристотель также знает[1201] о том, что они жили преимущественно здесь. В таком случае последнее мнение более соответствует словам Гомера и приводит к решению поставленного выше вопроса, ибо, согласно этому мнению, Нестор жил в трифилийском Пилосе, а области к югу и востоку (т. е. земли, примыкающие к Мессении и к Лаконской стране) находились в его владении; эти области были заняты кавконами, так что если идти сухим путем из Пилоса в Лакедемон, то дорога неизбежно пройдет через область кавконов. К тому же святилище Посидона Самийского и якорная стоянка поблизости от него, где высадился Телемах, обращены к северо-западу. Если бы кавконы жили только здесь, рассказ поэта нельзя признать правильным. Например, согласно Сотаду, Афина велит Нестору послать Телемаха в Лакедемон «с сыном своим в колеснице», т. е. в восточные области страны; сама же она говорит, что отправится на корабль, чтобы провести там ночь, т. е. на запад той же дорогой назад, по которой она пришла:

Завтра ж с зарею пойти мне к народу отважных кавконов,(Од. III, 366)

чтобы получить долг, т. е. она пойдет снова вперед. Что это за образ действий? Ведь Нестор мог на это возразить: «Но ведь кавконы мне подвластны и живут близ дороги, по которой ездят в Лакедемон. Так почему же ты не едешь вместе с Телемахом и его спутниками, вместо того чтобы идти назад той же дорогой, которой ты пришел?». И в то же время тому, кто идет к людям, подвластным Нестору, за получением долга («немалого», как она говорит) подобало бы обратиться за помощью к Нестору» если те в чем-нибудь нарушили (как это обычно бывает) договорные условия; но богиня так не поступила. Итак, если бы кавконы жили только здесь, то рассказ Гомера был бы нелепым; но если некоторые из кавконов жили отдельно от остальных в области поблизости от Димы в Элиде, тогда Афина могла бы говорить о своем путешествии туда и не было бы более ничего нелепого ни в ее возвращении на корабль, ни в том, что она покинула спутников по путешествию, так как ее путь лежал в противоположном направлении. Подобным же образом недоуменные вопросы в связи с Пилосом могут найти соответствующее решение, когда я в своем описании земель дойду до мессенского Пилоса.

18. Часть обитателей Трифилии называлась парореатами; они занимали горы, соседние с Лепреем и Макистом, до моря вблизи самийского Посидия.[1202]

19. У подошвы этих гор на побережье находятся 2 пещеры: одна пещера нимф Анигриад, другая же — место действия мифов о дочерях Атланта и о рождении Дардана. Здесь также находятся священные рощи, называемые ионейской и еврикидийской. Самик — теперь только укрепление, хотя в прежнее время он был городом, получившим имя Самос, может быть, из-за его возвышенного расположения, так как высокие места называют samoi. Может быть, это и был акрополь селения Арены, о котором Гомер упоминает в «Списке кораблей»:

В Пилосе живших мужей, обитавших в Арене веселой.(Ил. II, 591)

Так как Арену нигде не удалось с уверенностью отыскать, то предполагают, что она находилась скорее всего здесь; соседняя река Анигр, прежде носившая название Минией, дает важное указание на достоверность догадки; ведь поэт говорит:

Есть Миниейос река, и падет она в шумное мореБлизко Арены.(Ил. XI, 722)
Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза