Читаем География полностью

Ибо поблизости от пещеры нимф Анигриад есть источник, который превращает область, лежащую ниже, в топкое болото. Большую часть воды получает Анигр, такая глубокая и медленно текущая река, что под конец она превращается в болото, а так как местность покрыта илистой грязью, то от нее распространяется на расстоянии 20 стадий невыносимый запах, а рыба из реки становится негодной в пищу. В мифических рассказах приписывают это обстоятельство тому, что какие-то кентавры обмывали здесь яд Гидры, другие же тому, что Меламп пользовался этими очистительными водами для очищения дочерей Прета.[1203] Купание в воде из этой реки исцеляет «белые лишаи», элефантиазис и чесотку. Говорят, Алфей получил такое имя от лечения его водой «белых лишаев». Поскольку медленность течения Анигра и отлив воды из моря делают его воды скорее застойными, чем текучими, то в прежние времена он, говорят, назывался Миниеем, хотя некоторые извратили его имя, сделав из него Минтей.[1204] Но собственное значение слова имеет и другие истоки, к которым восходит его происхождение: или от колонистов, пришедших с Хлоридой, матерью Нестора, из мининского Орхомена; или же от миниев, потомков аргонавтов, которые сначала бежали с Лемноса в Лакедемон, а оттуда в Трифилию и поселились около Арены, в области, теперь называемой Гипесия, хотя в ней больше нет поселений миниев. Некоторые из этих миниев отплыли вместе с Ферой. сыном Автесиона (он был потомком Полиника), к острову,[1205] лежащему между Киренеей и Критом

 (Прежде Каллистой он был, а теперь именуется Ферой,(Фрг. 112. Шнейдер)

как говорит Каллимах), и основали Феру, метрополию Кирены, назвав остров одним именем с городом.

20. Между Анигром и горой, откуда он вытекает, показывают луг и могилу Иардана и Ахеи; они представляют собой крутые скалы той же горы, над которыми, как я сказал,[1206] был расположен город Самос. Однако Самос вовсе не упоминается авторами «Периплов»,[1207] может быть, потому, что он давно уже разрушен, может быть, из-за его положения; ибо Посидий представляет собой священную рощу, как я уже сказал,[1208] поблизости от моря, а над ней поднимается высокий холм перед теперешним Самиком на месте которого находился Самос, так что Самос с моря был незаметен. Здесь также находится равнина под названием Самик; из этого можно получить более убедительное доказательство, что здесь когда-то был город под названием Самос. И далее, поэма, озаглавленная «Радина» (автором которой считается Стесихор), которая начинается:

Приди, сладкозвучная Муса, Эрато, начинай твою песнь,Воспевая хор детей Самоса под аккомпанемент любезной лиры,(Фрг. 44. Бергк)

относится к детям этого Самоса, ибо Радина, помолвленная с тираном коринфским, по словам поэта, отплыла из Самоса (конечно, не из ионийского Самоса) при западном ветре; и с тем же ветром, прибавляет он, прибыл в Дельфы ее брат в качестве главного феора;[1209] ее двоюродный брат, который любил ее, отправился в Коринф на колеснице повидаться с ней. Тиран убил их обоих и отослал их тела на колеснице, но, раскаявшись, вернул назад колесницу и похоронил их тела.

21. От этого Пилоса и Лепрея до мессенского Пилоса и Корифасия (крепость, расположенная на море), а также до соседнего с ним острова Сфагии расстояние около 400 стадий; от Алфея — 750 стадий и от Хелоната — 1030 стадий. В пространстве между ними находится святилище Геракла Макистия и протекает река Акидон. Акидон течет мимо могилы Иардана и мимо Хаи — города, бывшего некогда около Лепрея, где находится Эпасийская равнина. Некоторые писатели утверждают, что из-за этой Хаи возникла война между аркадцами и пилосцами, о которой говорит Гомер, и они полагают, что следует писать

Молод я был, как в те годы, когда у быстрого АкидонтаБилася рать пилиян и аркадян...Около Хайской твердыни...(Ил. VII, 133)

вместо «Келадонта» и «Феи»,[1210] ибо эта область, говорят они, ближе последней к могиле Иардана и к стране аркадцев.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза