Читаем Фонд полностью

В подобном состоянии ума холод не мог причинять ему неудобств и заслуживал лишь того, чтобы на мгновение заметить его и тут же забыть. Холодно. Ну и что? Он снова убивал. Сам себя довел до самых ворот ада, убив за двенадцать часов троих человек. К его собственному списку убитых прибавились еще трое. Список будет расти, в этом он не сомневался. И не было возможности вычеркнуть их из памяти. Особенно того, которому удалось убежать. Того, кто изнасиловал Мелиссу.

Двигаясь по наводящим ужас зарослям приступов ярости, он присматривался, нет ли там где-нибудь «неуправляемого психа». Ему не хотелось опять отдаться желанию убивать. Его схватка с Батлером напугала «неуправляемого психа», но Джеймисон продолжал быть начеку. Он был решительно настроен противостоять ему, как делал это всегда, и убивать только в случае крайней необходимости. Он убил Батлера и двух человек в доме Кейси без участия «неуправляемого психа». Питеру было крайне неприятно делать это, но вместе с тем ему нравилось странное чувство удовлетворения оттого, что он сделал это в одиночку, что вполне оправдывало сам факт убийства.

Питер не стал бы заниматься самообманом. Он знал истину, хотя и отрицал это. Питер вел игру «неуправляемого психа», игру чудовищно жестокую, в которой он мог наносить другим человеческим существам бесчеловечные увечья, бесчеловечные страдания, о которых в нормальной обстановке без содрогания и подумать бы не смог. Но иного пути не было, коль скоро нужно остаться в живых и спасти Мелиссу.

Смитсон-лейн, тихая улочка, была застроена красивыми домами изысканной архитектуры. Каждый дом был уникален и вместе с тем вполне соответствовал тюдорианскому стилю застройки микрорайона. Широкие портики, крутые контуры сводов, открытые балки – все предназначено для людей, социальный статус которых значительно выше среднего класса. Следуя по тротуару, Джеймисон несколько раз прятался в укромных местах на случай, если он принес с собой свои проблемы – убийц, которые могли проследить его до дома сенатора Драммонда и причинить вред самому сенатору, окажись тот у них на пути. Он надеялся получить сведения и сразу уйти, после чего старик может отдохнуть.

Джеймисон свернул на подъездную дорожку, ведущую к дому Драммонда, придерживаясь живой изгороди, которая тянулась до самого гаража с тыльной стороны здания. Он часто оглядывался, внимательно наблюдая, не следят ли за ним. Проходя мимо окон дома, заглянул в них и увидел сквозь прозрачную занавеску Драммонда и еще одного мужчину. Драммонд сидел за столом, заваленным бумагами, будто только что очистил свой офис. Выглядел он расслабленным, отхлебывал что-то из коньячного бокала и разбирал беспорядочно наваленные документы.

Другой мужчина казался человеком физически сильным и хорошо сложенным – телохранитель, наверное. Возможно, кто-то из службы безопасности, приставленный к сенатору после того, как тот занялся коррупционерами из «Диллон». Телохранитель расхаживал по комнате – на поясе кобура с огромным револьвером нержавеющей стали. Что за черт? В правой руке телохранитель держал папку с бумагами, в которой был телефон Блевинса и которую Джеймисон передал Мелиссе в ресторане «Чеймбер».

Джеймисон внимательнее присмотрелся к бумагам на столе. Там было несколько писем «Коалиции», досье и дискеты, а также их с Мелиссой фотография, которую она держала на письменном столе в своем кабинете. Они снимались, стоя по колено в снегу, на холме Шугарлоуф. Все эти предметы, похоже, изъяты из кабинета Мелиссы. Драммонд разложил эти вещи на столе в столовой и копался в них с таким видом, словно разгребал кучу навоза. Потребовалось пять-шесть секунд на то, чтобы понять, что происходит.

У Джеймисона побаливал желудок, тряслись руки. Он вынул из кобуры на плечевом ремне «беретту», проверил, есть ли патрон в патроннике, и направился к черному входу. Шел он быстро – почти бежал, кожа на боку натянулась, и возникла опасность, что его «штопка» разойдется. Чулок Мелиссы сполз вниз. Три ступеньки перед дверью он преодолел одним махом, а дверь выбил ногой. Стекло раскололось, косяк разлетелся в щепки. Где-то поблизости, но не внутри дома, залаяла собака.

Он поспешил на кухню, держа пистолет с взведенным курком на уровне глаз. Он уже прошел половину кухни, когда телохранитель Драммонда появился в дверном проеме из кухни в столовую. Пока телохранитель вытаскивал револьвер и готовился открыть огонь, Джеймисон успел прицелиться ему в голову, чем ускорил действия противника. Он не обращал внимания на оружие телохранителя и, нажимая плавно на спусковой крючок «беретты», сосредоточил внимание на точном прицеливании. А ноги тем временем продолжали нести его прямо на телохранителя.

Три выстрела последовали один за другим чуть ли не одновременно. Второй выстрел «беретты» Джеймисон едва услышал, он прозвучал как сказанное шепотом слово. Это случилось до того, как пуля, выпущенная телохранителем, попала ему в левую руку и пробила ее навылет. Но Джеймисон перестал чувствовать жгучую боль, словно поставил ей своего рода заслон.