Читаем Эдуард Стрельцов полностью

Это, несомненно, моё субъективное впечатление. Однако имеются и гораздо более авторитетные объективные свидетельства, подтверждающие активное воздействие центрфорварда гостей на общее течение матча. 12 мая «Советский спорт» процитировал ещё одного шотландца, Джона Рафферти, который назвал советского нападающего «быстрым и сообразительным игроком». «Его, — продолжал Рафферти, — было трудно контролировать, временами шотландские защитники просто ничего не могли противопоставить его игре, вносившей оцепенение в защитные порядки их команды». Наконец, А. Т. Вартанян нашёл в «Известиях» от 11 мая высказывание знаменитого бомбардира, автора вечного рекорда чемпионатов мира (13 голов в финальном турнире) Жюста Фонтена: «Великолепна пара Воронин — Сабо. Стрельцов был лучшим в нападении. Его игра, сохранив таранящую былую мощь, обрела тактическую зрелость».

Легендарный французский голеадор только что занял место старшего тренера своей сборной. СССР меньше, чем через месяц, встретится с его подопечными, и мы увидим, удастся ли бомбардиру недавнего прошлого придумать нечто путное для нейтрализации действующей звезды. Пока же отмечу: такие оценки профессионалов — всего дороже. А Фонтен, между прочим, в отличие от других отлично помнил и Стрельцова 50-х, и сейчас, десять лет спустя, продолжал за ним следить. И «по службе» (скоро очная встреча), и «по душе» — как коллега.

Но мы чуть увлеклись играми сборной. Справедливости ради надо упомянуть, что национальный чемпионат стартовал 4 апреля. И Стрельцов, несмотря на отлучки в сборную, выходил, естественно, в основном составе. Команду принял Н. П. Морозов. При этом Валентин Иванов на поле больше не появлялся (вплоть до официального прощания с карьерой игрока), но находился в расположении клуба.

Интересно привести высказывание нового наставника в «Советском спорте» от 2 апреля: «Сейчас, когда до старта сезона остались считаные часы, я вспоминаю путь, пройденный командой в подготовительный период, и с удовлетворением отмечаю, как много сделано. Чтобы уверенно выступать на соревнованиях, надо не только быть в отличной спортивной форме, но и досконально знать всё о своих соперниках. В ознакомлении торпедовцев с игрой будущих противников мне помогают В. Иванов, В. Воронин, Э. Стрельцов, А. Кавазашвили, В. Бреднев — участники многих международных матчей».

Казалось бы, идиллия! Недавнему старшему тренеру сборной СССР дружно помогает фактически совет из опытных, наиболее авторитетных футболистов. К сожалению, скоро увидим: до гармонии торпедовцам в том сезоне было очень далеко.

Начали москвичи с игр на юге. Торпедовцам из Кутаиси проиграли 0:1, а у тбилисских динамовцев выиграли с тем же счётом. Что до матча с одноклубниками, то В. Г. Царёв в «Футболе» от 9 апреля назвал игру Стрельцова в первом тайме «пассивной», отметив, что во втором он «несколько активизировался». Очень может быть. Тот чемпионат для Эдуарда получился не самым результативным и удачным. Проведёт он чуть более половины встреч. Забьёт шесть мячей. Хотя, безусловно, будут среди них и суперголы. Однако основное внимание будет уделено выступлениям за сборную: ей же в плей-офф чемпионата Европы нужно было пробиваться. И товарищеских встреч провели наши множество. А при возвращении на родину возникали трудности с реакклиматизацией, адаптацией. Не забудем про усталость и травмы. Поэтому в отечественном первенстве не всё удачно выходило. Тут ещё, безусловно, добавятся и внутрикомандные сложности: что говорить, если ещё в апреле корреспонденты рассказывали, выразимся деликатно, о нарушении режима Владимиром Щербаковым? И это на старте чемпионата! Чего же дальше-то ожидать?

В общем, блеснул Стрельцов в чемпионате первый раз 23 апреля: мастерским пасом на Воронина, проведшим после этой передачи победный гол «Локомотиву» (итог 2:0).

А первого гола пришлось ждать до 2 мая, игры со «Спартаком». В тот день, так уж получилось, и состоялся прощальный матч Валентина Иванова. Точнее, отыграл он одну минуту, успев сделать при этом умный, фирменный, «ивановский» пас. Затем под аплодисменты зрителей (они, по горьким воспоминаниям Валентина Козьмича, впервые за полтора года были к нему доброжелательны, а то ведь, стыдно сказать, всякую дрянь с трибун скандировали) на плечах Валерия Воронина (Стрельцов слева шёл и старого друга надёжно за коленку придерживал) покинул газон навсегда. Нелишне, кстати, напомнить, что на поле Иванов и Стрельцов вышли под одним номером — восьмым. А потом одна «восьмёрка» ушла. Ничего, зато вторая пока осталась.

Долгожданный гол Стрельцова отлично описал А. Т. Вартанян: «Получив мяч в центральном круге, без двух месяцев тридцатилетний форвард рванул, как в молодые годы, пронёсся в одиночестве, искусно по ходу движения преодолев многочисленные преграды, к цели. Оставшись с глазу на глаз с Маслаченко, легко его переиграл. Гол, я так думаю, посвятил Иванову: не тужи, Валя, придётся в одиночку решать эпизоды. Валя и тысячи торпедовских болельщиков остались довольны — 3:1».

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Брайан Макгиллоуэй , Слава Доронина , Адалинда Морриган , Сергей Гулевитский , Аля Драгам

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука