Читаем Долгое прощание полностью

– Там не так уж плохо. Там не познакомишься с лучшими людьми, но можно ли этого требовать? Смотрите на вещи трезво, Гренц! Вы хотите сделать меня подлым предателем. Может быть, я твердолобый или, наоборот, сентиментальный, но все-таки порядочный человек. Предположим, вам понадобилось нанять частного детектива – да-да, знаю, такая мысль вам неприятна, однако допустим, что у вас нет другого выхода. Захотели бы вы нанять такого, который предал своего друга? – Гренц со злобой уставился на меня. – Еще несколько пунктов, добавил я, – Разве вам не бросилось в глаза, что поведение Ленокса было немного странное? Если ему было все равно, схватят его или нет, он не стал бы прилагать столько усилий. А если бы он действительно хотел скрыться, то у него хватило бы ума не выдавать себя за мексиканца в Мексике.

– Что это значит? – зашипел на меня Гренц.

– Это значит, что вы, может быть, просто дурачите меня и высосали эту историю из пальца. Может быть, не было никакого Родригеса с крашеными волосами, не было Марио де Серва в Отатоклане, и вы не имеете понятия, где находится Ленокс.

Гренц снова достал бутылку, налил себе порцию и опять выпил залпом.

– Я с радостью увижу вас на скамье подсудимых – проговорил он скрипучим голосом. – Такого хитреца я с удовольствием туда отправлю. Это обвинение будет долго, очень долго висеть над вашей головой, вы, любитель совать свой нос в чужие дела! Вы будете с ним ходить, есть и спать. И когда вы в следующий раз совершите ошибку, мы схватим вас. Но в данный момент я вынужден сделать то, от чего меня тошнит.

Он стукнул рукой по столу, взял перевернутую бумагу и подписал ее. Всегда можно определить, что человек подписывает свою фамилию, – его движения характерны Затем Гренц встал, обошел вокруг стола, ударил ногой в дверь и позвал Спрэнклина.

Толстяк вошел вместе со своим запахом. Гренц подал ему подписанную бумагу.

– Я подписал ордер на ваше освобождение, – сказал он мне. – Это моя неприятная обязанность. Вас интересует, почему я подписал эту бумагу?

Я встал.

– Если вы пожелаете мне сказать.

– Дело Ленокса закрыто, мистер. Больше нет дела Ленокса. Сегодня он написал полное признание и застрелился в своей комнате в отеле. В Отатоклане, как я и говорил вам.

Я стоял и глядел в пустоту. Уголком глаза я видел как Гренц медленно отступил, словно испугался, что я наброшусь на него. Должно быть, в этот момент у меня был злобный вид. Затем он снова сел за стол, а Спрэнклин взял меня за руку.

– Выходите! – сказал он визгливым голосом, – Иногда вечером приятно пойти домой.

Я вышел вслед за ним из кабинета и закрыл дверь.

Прикрывал я ее тихо, словно в этой комнате только что умер человек.

Я написал через копирку расписку, подписался и отдал оригинал. Мне вернули мои личные вещи. В приемной стоял какой-то мужчина, прислонившись к стойке. Когда я повернулся, он выпрямился и обратился ко мне. Ростом он был метр девяносто и тощий как жердь.

– Хотите, я отвезу вас домой?

В холодном свете он казался и молодым, и старым, усталым и циничным, но не проходимцем.

– За сколько?

– Даром. Я Лонни Морган из «Джорнал». У меня свободный вечер.

– Вы полицейский репортер? – спросил я.

– Только на эту неделю. Обычно моя область – муниципалитет.

Мы вышли из прокуратуры и нашли на стоянке его машину. Я взглянул на небо, там были звезды. Воздух был холодный и приятный, я с наслаждением вдыхал его. Потом я сел в машину, и Морган повез меня.

– Я живу очень далеко, в Лорел-каньоне, предупредил я его. – Высадите меня где-нибудь!

– Туда мы и поедем, – ответил он, – Не беспокоитесь, я довезу вас до дома. Меня заинтересовало это дело.

– Похоже, что дела не существует, – заметил я, – Терри Ленокс сегодня застрелился. Так мне сказали.

– Они этому очень рады, – кивнул Лонни Морган, глядя в ветровое стекло.

Машина бесшумно скользила по тихим улицам.

– Это поможет им воздвигнуть стену.

– Какую стену?

– Кто-то строит стену вокруг дела Ленокса, Марлоу. Разве вы этого не замечаете? Дело разыгрывается отнюдь не надлежащим образом. Сегодня вечером окружной прокурор уехал в Вашингтон. Там какое-то заседание. Он уехал, имея прекрасную возможность оказаться в центре шумихи в прессе. Почему?

– Можете меня не спрашивать. Я стоял на запасном пути.

– Потому что кто-то позаботился, чтобы это было ему выгодно. Не думаю, что таким неуклюжим методом, как взятка. Просто заинтересованная в этом и состоятельная личность кое-что пообещала ему. Отец этой девушки.

Я пристроил голову В углу машины.

– Это кажется мне не очень вероятным, – возразил я. – А что же случилось с прессой? Харлану Поттеру принадлежат несколько газет, но как обстоит дело с конкурентами?

Морган бросил на меня быстрый взгляд, затем сосредоточился на дороге.

– Вы когда-нибудь соприкасались с газетами?

– Нет.