Читаем Дочь Сталина полностью

Летом 1991 года Светлана неожиданно получила приятное известие. До нее дошла новость, что ее «Книгу для внучек» в июне опубликовали в московском журнале «Октябрь». Она посылала рукопись старой подруге Ольге Ривкиной, которая отправила ее в редакцию журнала, ничего ей не сказав. Поскольку СССР не подписывал международных соглашений в области охраны авторских прав, не было ничего необычного в том, что зарубежный автор вдруг обнаруживал, что его работа публикуется без его разрешения. Светлана получила письмо от своей дочери Кати, где говорилось, что той понравилась ее книга. «Книга для внучек» заканчивалась личным обращением к Екатерине:

Так хочется, чтобы две сестры, столь похожие друг на друга и внешностью, и внутренне, увиделись бы когда-нибудь – без вражды, без пропагандистских усилий со стороны обоих правительств, или КГБ и ФБР, стоящих за их спинами, без ненависти. Тогда работа каждой из них зазвучит своим голосом и вольется в общий поток человеческих усилий за лучшее будущее.

Вскоре Катя позвонила Светлане. Ей было необычно слушать голос дочери после двадцати четырех лет молчания. Он совсем не изменился – это был голос той же юной семнадцатилетней девушки, которую Светлана покинула в 1967 году. Младшая дочь Кати по имени Аня даже написала своей бабушке письмо, где спросила: «Ты любишь животных?» Светлана была на седьмом небе от счастья. Зная, как она бедна, Нина давала ей деньги, чтобы она могла звонить своей дочери с общественных телефонов, так как в жилище Светланы телефона не имелось.

В сентябре того же года через своих русских знакомых Светлана отыскала американского вулканолога Томаса Миллера, который каждый год летал со своей исследовательской базы на Аляске на встречи с российскими вулканологами на Камчатке. В первый раз Миллер появился там в августе 1991 года во время неудавшегося свержения Михаила Горбачева высшими функционерами Коммунистической партии, которое в итоге закончилось восхождением во власть Бориса Ельцина. Получилось так, что Миллер стал неофициальным почтальоном, доставившим 50–60 писем с Камчатки для адресатов по всему миру. Светлана попросила его передать письмо своей дочери, Екатерине Ждановой, в поселок Ключи.

Вскоре в голове Светланы родилась идея, как было бы хорошо, если бы Катя и Аня смогли ненадолго приехать к ней в Лондон. Она даже обсуждала с Томасом Миллером, какой маршрут перелета подошел бы дочери. Светлана попросила Нину заплатить 1500 фунтов стерлингов за авиабилеты. Но у Нины не оказалась таких денег, и, к тому же, она знала, что ее муж пришел бы в ярость, узнав о корыстном плане Светланы. Вместо того, чтобы дать Светлане деньги, Нина посоветовала ей обратиться к своему соседу с верхнего этажа, известному журналисту из Ливана, который был большим поклонником книг Светланы и без сомнений уплатил бы такую сумму, если бы она согласилась на интервью. Светлана побагровела и взорвалась: «Да за кого вы меня принимаете, если думаете, что я взяла бы деньги за рассказ о себе?..» По словам Нины, Светлана удалилась и после выслала в ее адрес несколько полных возмущения писем. Понадобилось шесть месяцев, чтобы их дружба вернулась в прежнее русло.