Читаем Доброе слово полностью

Медленно, со скрипом поднимается крышка большого сундука.


Что это? Он всегда был на замке. (Подходит.) Ты тоже хочешь мне помочь?


Крышка утвердительно наклоняется. Аннушка заглядывает в сундук.


Кафтан? (Достает.) Надеть его?


Крышка снова наклоняется.


Поняла! И никто не догадается, что я…


Слышен собачий лай.


Чужой! А вдруг сюда?! (Хватает кафтан, убегает.)


Пауза.


Т и м о ш к а (в окно). Аннушка! Аннушка! (Оглядывает избу.) Видно, ушла! Сундук открыт. Значит, скоро вернется! Подожду… (Садится на окно.) Нет, войду… (Влезает в избу.) Вот он я… Ох, опять не так! Ну, Тимошка-кавардак, ступай обратно! (Подходит к окну.) Вылезай, не упрямься! Тебе как Аннушка приказала?! В дверь… А ты? Ты-то! (Вылезает в окно.)


Пауза. С шумом захлопывается крышка сундука.


(Входит.) Вот теперь вошел как человек! Правильно! (Замечает сундук.) Кто же это сундук закрыл?! Аннушка, ты вернулась?! Нету…


Со свистом взвивается холстина и падает на пол.


Не к добру все это… Неужто и Аннушка в беду попала?! Я виноват… Опоздал! Не выручил ее! (Садится.) Век не прощу себе!.. (Закрывает руками лицо.)


Пауза. В окне показывается  А н н у ш к а  в мужском наряде.


А н н у ш к а (замечает Тимошку, про себя). Вот сейчас испытаю!.. Узнает Тимошка или нет? (Прыгает в окно.) Эй, хозяин!


Тимошка поднимает голову.


Здорово, хозяин!

Т и м о ш к а. Здравствуй, добрый молодец! Только я не хозяин…

А н н у ш к а. А я не мол… А кто же ты?

Т и м о ш к а. А ты кто?

А н н у ш к а. Я… Я… А я первый спросил!

Т и м о ш к а. Ну, я гость! А ты?

А н н у ш к а. И я гость!

Т и м о ш к а. Тебя как звать?

А н н у ш к а. А тебя?

Т и м о ш к а. Я первый спросил!

А н н у ш к а. Ан… Ан… ушк…

Т и м о ш к а. Как?

А н н у ш к а. Андрюша.

Т и м о ш к а. Андрюшка…

А н н у ш к а (важно). Андрей!.. А ты?..

Т и м о ш к а. А я Тимошка… (Важно.) Тимофей!

А н н у ш к а. Зачем же ты пришел, Тимофей? Чур, я первый спросил.

Т и м о ш к а (уклончиво). Что тебе сказать?..

А н н у ш к а (твердо). Правду!..

Т и м о ш к а. Ишь, чего захотел… Может, я тебе не верю…

А н н у ш к а. А кому ты веришь?

Т и м о ш к а. Никому!..

А н н у ш к а. Так на свете жить нельзя! Неужто ты добрых людей не знал?

Т и м о ш к а. Знал одну!.. Вот ей бы все рассказал!.. Да где она?.. (Сокрушенно закрывает лицо руками.)


Аннушка снимает шапку. Садится за прялку.


Не знаю, где Аннушка!

А н н у ш к а (своим голосом). Вот она я!

Т и м о ш к а (открывает лицо). Аннушка!.. Ты?..

А н н у ш к а. Я…

Т и м о ш к а (оглядывается). А где же… Андрей?..

А н н у ш к а (надевает шапку). Вот он я!

Т и м о ш к а. А где же Аннушка?

А н н у ш к а (снимает шапку). Я здесь…

Т и м о ш к а. Куда же девался Андрей?

А н н у ш к а (надевает шапку). Вот он!

Т и м о ш к а. Переоделась! Вот это здорово! Ни в жизнь не узнал бы! Ай да Аннушка! (Смеется.) И с чего это тебе пришло в голову? Ай, затейница!

А н н у ш к а. Не пустое затеяла! Знак мне был дан азбукой, что недоброе с бабушкой, решила ее выручить… А так ведь способнее! И теперь я больше не Аннушка…

Т и м о ш к а. Понятно, Андрей! Слушай… В беде Фетинья…

А н н у ш к а. Что, что с бабушкой?

Т и м о ш к а. В темнице она, горемычная!

А н н у ш к а (плачет). Ах, несчастье черное! Печаль моя горькая…

Т и м о ш к а (строго). Не к лицу молодцу слезы лить! Чай, ты не красная девица! Перестань, Андрей!

А н н у ш к а. Не до шуток мне… Как выручить бабушку? Как помочь родимой?

Т и м о ш к а. А я затем и пришел! Слушай! Расскажу все с начала! Поступил я в доносчики к Соглядатаю царскому!

А н н у ш к а (в ужасе). Ты… Не хочу верить! Скажи, что ослышалась.

Т и м о ш к а. Не ослышалась. А не поняла! Ведь это я для хитрости! Чтобы узнать его умысел! И предупредить тебя и бабушку… Да не успел! Попалась Фетинья в лапы Соглядатаю… И тебе надо спрятаться!..

А н н у ш к а. Не стану прятаться! Я хочу со злодеем лицом к лицу встретиться! Глаза ему выцарапаю! Пойду туда, где бабушка! В темницу!..

Т и м о ш к а (перебивает). И бросишься на стены каменные? А тут стража на тебя и накинется! Нет, этим не спасешь бабушку!

А н н у ш к а. Лучше погибну, чем буду сидеть сложа руки…

Т и м о ш к а. Кроме рук — голова на плечи недаром посажена. Надо мозгами пошевелить хорошенько!

А н н у ш к а. Как подумаю, что она за решеткой, сердце кровью обливается…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Орфей спускается в ад
Орфей спускается в ад

Дорога заносит молодого бродягу-музыканта в маленький городок, где скелеты в шкафах приличных семейств исчисляются десятками, кипят исступленные страсти и зреют семена преступлений…Стареющая, спивающаяся актриса и ее временный дружок-жиголо абсолютно несчастны и изощренно отравляют жизнь друг другу. Но если бывшая звезда способна жить лишь прошлым, то альфонс лелеет планы на лучшее будущее…В мексиканской гостинице красавицы-вдовушки собралась своеобразная компания туристов. Их гид – бывший протестантский священник, переживший нервный срыв, – оказался в центре внимания сразу нескольких дам…Дочь священника с детства влюблена в молодого человека, буквально одержимого внутренними демонами. Он отвечает ей взаимностью, но оба они не замечают, как постепенно рвущаяся из него жестокая тьма оставляет отпечаток на ее жизни…В этот сборник вошли четыре легендарные пьесы Теннесси Уильямса: «Орфей спускается в ад», «Сладкоголосая птица юности», «Ночь игуаны» и «Лето и дыхание зимы», объединенные темами разрушительной любви и пугающего одиночества в толпе.

Теннесси Уильямс

Драматургия
Перед восходом солнца
Перед восходом солнца

Можно ли изменить собственную суть, собственное «я»?Возможно ли человеку, раздавленному горем и тоской или же от природы склонному к меланхолии, сознательно воспитать в себе то, что теперь принято называть модным словосочетанием «позитивное мышление»?Еще с первых своих литературных шагов Зощенко обращался к этой проблеме — и на собственном личном опыте, и опираясь на учения Фрейда и Павлова, — и результатом стала замечательная книга «Перед восходом солнца», совмещающая в себе художественно-мемуарное и научное.Снова и снова Зощенко перебирает и анализирует печальные воспоминания былого — детские горести и страхи, неразделенную юношескую любовь, трагическую гибель друга, ужасы войны, годы бедности и непонимания — и вновь и вновь пытается оставить прошлое в прошлом и заставить себя стать другим человеком — светлым и новым.Но каким оказался результат его усилий?

Герхарт Гауптман , Михаил Михайлович Зощенко , Михаил Зощенко

Драматургия / Проза / Классическая проза ХX века / Прочее / Документальное