Читаем Доброе слово полностью

Уходят. Вбегает  М а ш а, берет цветы.


М а ш а. Пусть безнадежные победят. Пусть они! Пусть победит команда безнадежных!..


З а н а в е с.

В ЭТУ НОЧЬ НИКТО НЕ УСНУЛ

Пьеса в двух действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч  Г р о м о в.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а  З в а н ц е в а.

Е в г е н и й  Ю р ь е в и ч  С о к о л о в.

А р и а д н а  С е р г е е в н а  К о н ш и н а.

П е т р  А л е к с е е в и ч  Ж и л и н.

Л е о н и д  Б о р и с о в и ч  А р к а д и н.

С а ш а.

Р о м а.

Н е и з в е с т н ы й.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Гостиная в усадьбе девятнадцатого века. Справа видна прихожая. На окнах и дверях темно-красные гардины.

Весенний предвечерний час. За окнами сильный дождь. Изредка доносятся далекие раскаты грома. За карточным столиком, зябко кутаясь в пуховый платок, раскладывает пасьянс  А р и а д н а  С е р г е е в н а.


А р и а д н а  С е р г е е в н а (задумалась). Где же дама червей? (Кладет карту.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (входит). Гадаем, Ариадна Сергеевна?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Отдыхаю за пасьянсом.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Зажечь свет?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я люблю сумерки.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Выходит?

А р и а д н а  С е р г е е в н а (смешивает карты). Вышел бы, если бы вы не сказали под руку. Карты этого боятся.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (добродушно). Извините… Впредь буду знать.


Бьют часы.


Как видно, в нашу тихую обитель сегодня уже никто не приедет. Оно и к лучшему. Что-то не по себе…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Нездоровы?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Осколок дает себя знать… Особенно в дождь…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Напрасно вы не верите в гомеопатию.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не помогает. (Пауза.) Пора бы Саше вернуться.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Как он доберется в такой ливень?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Может быть, ювелир его задержал?.. Монограмма не готова, и он ждет.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. А вы действительно думаете, что профессор Эриксон приедет?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Говорят об этом давно. Должны подтвердить телеграммой.


Далекий раскат грома.


А р и а д н а  С е р г е е в н а. Посылать в такую погоду мальчика…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Мальчик школу кончает… Через месяц-другой — самостоятельный человек.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. И вы отпустите его в Сибирь?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Конечно. Пусть встретится с жизнью лицом к лицу.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Не рано ли?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Самое время! Закалять характер надо смолоду.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Но Александр одаренный юноша. Он мог бы учиться.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Успеет… трудовой хлеб — лучшая школа.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Возможно! А вы не замечаете, что последнее время он сам не свой?.. У него тревожно на душе.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не влюбился ли?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Вечно вы шутите.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. По правде говоря, не до шуток. Сам вижу. Чего греха таить: не хочется разлучаться. Поехал бы с ним: он бы домну строил, а я ребятишкам историю преподавал. Но осколок не пускает… Видно, придется доживать свой век в этой тихой обители. Ничего не поделаешь. Примирился…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Вы еще полюбите нашу работу. Вы же историк.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Гложет меня одна мысль… Боюсь, что Саша…


Звонок телефона.


(Берет трубку.) Музей-усадьба слушает. Директор… С почты? Телеграмма? А почему не можете доставить? Дорогу размыло?! Одну минуту! Ариадна Сергеевна, запишите, пожалуйста. (Диктует.)


Ариадна Сергеевна записывает.


«Лауреат премии мира профессор Бернард Эриксон прибудет пятнадцатого. Точка. Для торжественного вручения в дар профессору хранящейся у вас старинной рукописи выезжает представитель Министерства культуры. Точка. С профессором приедет его внучка мадам Берже. Точка». Все? Спасибо… И у нас льет. Вода поднимается? Так… До свидания. (Кладет трубку, перечитывает телеграмму.) Пятнадцатого… Значит, завтра?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Да… Да! Боже мой! У Бернарда Эриксона внучка замужем.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. А что же удивительного? Ведь он уже в летах.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я с ним была знакома. Неужели прошло… Да, да! Почти полвека. Господи, как я стара! Он меня не узнает.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Орфей спускается в ад
Орфей спускается в ад

Дорога заносит молодого бродягу-музыканта в маленький городок, где скелеты в шкафах приличных семейств исчисляются десятками, кипят исступленные страсти и зреют семена преступлений…Стареющая, спивающаяся актриса и ее временный дружок-жиголо абсолютно несчастны и изощренно отравляют жизнь друг другу. Но если бывшая звезда способна жить лишь прошлым, то альфонс лелеет планы на лучшее будущее…В мексиканской гостинице красавицы-вдовушки собралась своеобразная компания туристов. Их гид – бывший протестантский священник, переживший нервный срыв, – оказался в центре внимания сразу нескольких дам…Дочь священника с детства влюблена в молодого человека, буквально одержимого внутренними демонами. Он отвечает ей взаимностью, но оба они не замечают, как постепенно рвущаяся из него жестокая тьма оставляет отпечаток на ее жизни…В этот сборник вошли четыре легендарные пьесы Теннесси Уильямса: «Орфей спускается в ад», «Сладкоголосая птица юности», «Ночь игуаны» и «Лето и дыхание зимы», объединенные темами разрушительной любви и пугающего одиночества в толпе.

Теннесси Уильямс

Драматургия
Перед восходом солнца
Перед восходом солнца

Можно ли изменить собственную суть, собственное «я»?Возможно ли человеку, раздавленному горем и тоской или же от природы склонному к меланхолии, сознательно воспитать в себе то, что теперь принято называть модным словосочетанием «позитивное мышление»?Еще с первых своих литературных шагов Зощенко обращался к этой проблеме — и на собственном личном опыте, и опираясь на учения Фрейда и Павлова, — и результатом стала замечательная книга «Перед восходом солнца», совмещающая в себе художественно-мемуарное и научное.Снова и снова Зощенко перебирает и анализирует печальные воспоминания былого — детские горести и страхи, неразделенную юношескую любовь, трагическую гибель друга, ужасы войны, годы бедности и непонимания — и вновь и вновь пытается оставить прошлое в прошлом и заставить себя стать другим человеком — светлым и новым.Но каким оказался результат его усилий?

Герхарт Гауптман , Михаил Михайлович Зощенко , Михаил Зощенко

Драматургия / Проза / Классическая проза ХX века / Прочее / Документальное