Читаем Дневник. Том 1 полностью

вать... Одна малютка из Жимназ, зарабатывающая четыре ты

сячи франков в год, говорила мне вчера...

Г о т ь е . Проституция — это обычное занятие для женщины,

я уже говорил об этом.

Ж ю л ь . Но ведь хотят уничтожить всякую торговлю пред

метами роскоши!

423

К т о - т о . Значит, мы возвращаемся к Мальтусу!

Ш а р л ь Э д м о н . Мальтус — это мерзость!

эн. Но я думаю, что производить на свет детей можно

только в том случае, если вы в состоянии их обеспечить. Де

вушки едут в Россию, чтоб стать там учительницами. Это

ужасно!

Э в д о р С у л ь е . Как! Это же верх безнравственности! Вы

хотите ограничить... Ну что ж, если дети умирают, пусть уми

рают. Но надо их делать...

Слышится голос: Прекратите...!

Д р у г о й г о л о с . Это эгоизм!

Э д м о н . Как это эгоизм? Не облегчаться!

Ш а р л ь Э д м о н . Да!

Г о т ь е . Ваша любовница бесплодна?

Ш а р л ь Э д м о н . Да!

Общий смех.

С е н - В и к т о р . Боже мой! Это же природа, это же великий

Пан!

Г о л о с . А природа мстит за себя, когда...

Тут Сент-Бев повесил себе на уши вишни. Картина! Заго

варивают об авторском праве.

Г о т ь е . Я такую прекрасную речь произнес в Комиссии, что

упустил возможность провести постановление об обратном дей

ствии закона.

С е н т - Б е в . Что такое? В этом нет здравого смысла. Хотя

я по существу против всякой собственности, все же я ежегодно

продаю небольшую собственность в виде томиков... Это дает

мне возможность делать подарочки женщинам... На Новый год

женщины так милы, что просто невозможно...

Кто-то упоминает имя Расина.

ефцер (обращаясь к Готье). Сегодня утром ты совершил

низость. В своем утреннем фельетоне в «Монитере» ты хвалил

талант Мобана и Расина.

Г о т ь е . Это верно, Мобан очень талантлив... Я просил для

него орден... У моего министра идиотские идеи — он верит в

шедевры. Вот я и написал о представлении «Андромахи». Что

же касается Расина, который писал стихи, как свинья, то об

этом существе я не сказал ни одного похвального слова... В ди

вертисменте, — знаете, в дивертисменте такого рода, — выпу

стили некую Агар...

С этой минуты Готье называет Сент-Бева не иначе как «мой

дядя» или «дядя Бев».

Ш е р е р (с высоты своего пенсне испуганно глядя на сидя-

424

щих за столом). Господа, вы так нетерпимы... Вы действуете по

принципу исключений... Ну, зачем же клеймить? Надо пере

строиться, надо бороться с этими первобытными взглядами.

Вкус — это ничто, только суждения чего-нибудь стоят. Нужны

суждения...

Ж ю л ь . Напротив, нужен вкус, а не суждения. Вкус — это

темперамент.

С е н - В и к т о р (робко). Я, признаюсь, питаю слабость к

Расину...

Э д м о н . Вот что меня всегда удивляло. Это то, что одно

временно можно любить салат обильно сдобренный уксусом и

обильно сдобренный маслом — Расина и Гюго.

В заключение шум голосов.

Ч е й - т о г о л о с . Мы друг друга не понимаем!

Г а в а р н и . Слишком хорошо понимаем!

Exeunt 1.

29 июня.

< . . . > Париж — вот подлинная атмосфера, необходимая для

деятельности человеческого мозга!

1 июля.

Может быть, следует изобразить в «Актрисах» одну из вы

нужденных связей, вроде связи Деннери, — написать о мужчи

нах, которые могут обладать самыми красивыми женщинами

Парижа, подчинять их себе из-за той роли, того влияния, той

карьеры, которую они в состоянии обеспечить женщине, и в

то же время они прикованы к старухе, которая изливает на

них отчаяние своих сорока лет, заставляет подчиняться уни

зительным предписаниям и уходить, когда приходят ее любов

ники. < . . . >

2 июля.

Я нахожусь на империале омнибуса, рядом с канализацион

ным рабочим. Он рассказывает кучеру, как опасна их профес

сия, сколько их погибает за год, тонет в канализационных тру

бах во время грозы, как тела находят у Ботанического сада,

куда их выносит водою. Он сам однажды провисел на руках

два часа. Сколько таких людей безвестно гибнет где-то там, в

низах общества!

1 Уходят ( лат. ) .

425

Понедельник, 6 июля.

У Маньи.

Сент-Бев подал в отставку как член Комиссии академиче

ского Словаря, то есть отказался от тысячи двухсот франков

в год, ради того, чтоб опубликовать свою сегодняшнюю статью о

Литтре. Он бывает страстным в своей ненависти.

Нынче вечером он очень горячо настаивает на том, чтобы

на улицах было поменьше полицейских, опекающих нравствен

ность, он так громко восстает против произвола, существую

щего при регистрации проституток, как будто говорит pro domo

sua 1. Он требует, чтобы кто-нибудь из почтенных мужчин под

нялся на трибуну Законодательного корпуса и защитил прости

туток, оказал бы им поддержку: тогда господин Тьер и все

остальные ничего не могли бы возразить. < . . . >

12 июля.

Читаю «Путешествие в Индию» * Салтыкова, и меня охваты

вает такая потребность в экзотике, что я бегу купить себе

ананас!

13 июля.

Звонят. Посыльный приносит письмо Сент-Бева. Он нездо

ров и просит нас прийти к нему поговорить по поводу его статьи

о Гаварни.

После нескольких слов о биографии Гаварни переходим к

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное
Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих деятелей тайных обществ
100 великих деятелей тайных обществ

Существует мнение, что тайные общества правят миром, а история мира – это история противостояния тайных союзов и обществ. Все они существовали веками. Уже сам факт тайной их деятельности сообщал этим организациям ореол сверхъестественного и загадочного.В книге историка Бориса Соколова рассказывается о выдающихся деятелях тайных союзов и обществ мира, начиная от легендарного основателя ордена розенкрейцеров Христиана Розенкрейца и заканчивая масонами различных лож. Читателя ждет немало неожиданного, поскольку порой членами тайных обществ оказываются известные люди, принадлежность которых к той или иной организации трудно было бы представить: граф Сен-Жермен, Джеймс Андерсон, Иван Елагин, король Пруссии Фридрих Великий, Николай Новиков, русские полководцы Александр Суворов и Михаил Кутузов, Кондратий Рылеев, Джордж Вашингтон, Теодор Рузвельт, Гарри Трумэн и многие другие.

Борис Вадимович Соколов

Биографии и Мемуары
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное