Читаем Дежурные сутки полностью

Теперь можно было и перекусить. Первый раз за день. Подумав о еде, Марк услышал, как радостно и утробно затрубил пустой желудок.

Опергруппа собралась в кабинете Ширшова и, достав пакеты, с любовью заполненные женами, разместилась за столом. Минут через двадцать, когда шведский стол опустел и все уселись пить кофе, Марк спустился вниз. Принтер уже не шумел, а это могло означать либо то, что его работа успешно завершена, либо Кравцов сделал что-то не так, и работа принтера не начиналась вовсе. Рывком открыв дверь приемной, опер с удовлетворением увидел бумажную ленту метровой длины, свисавшую до пола. Через минуту он, сидя за столом в своем кабинете, заочно знакомился с жителями улицы Василевского.

Если потерпевший бежал из одного из этих домов, то в принципе он мог бежать из любого. Логика здесь бессильна. Поэтому Кравцов решил просчитывать так, как учат в школах милиции. А там учат, как с логикой преступной бороться применением логики милицейской. И хотя Марк не единожды убеждался в том, что понятие «логика» бывает абстрактным и часто не имеет ничего общего ни с деятельностью жуликов, ни с действиями правоохранительных органов, он решил начать именно с этого. Для начала он отбросил восемь домов из семнадцати. Там обитали ранее не судимые. Затем он исключил еще два дома из оставшихся девяти по причине проживания там в одном — бывшего директора школы, в которой учился Марк, а во втором — тещи Гурта. Еще один дом он вычеркнул из списка, несмотря на то что там проживал дважды ранее судимый за кражи «товарищ». Просто фамилия «товарища» была Максейкин и он приходился не кем-то, а родным папой Маринке. Остается шесть домов. Все домочадцы судимые-пересудимые. Дома номер 6,7,11,12,14,16,17. Туфель найден у дома семнадцать. Нечетная сторона. Вряд ли потерпевший выбежал и сразу побежал через дорогу, чтобы тут же быть увиденным из окон покинутого дома. Наоборот, он будет уходить, как можно ближе держась забора со стороны места бегства.

— С нечетной стороны у нас остаются дома 7, 11 и 17… Так, чем они у нас знамениты? Тем, что в них проживают законченные отморозки… — бормотал Кравцов, разматывая распечатку. — Взять хотя бы дом семь… Так, Кривцов Николай Матвеевич. Черт, почти КРАВЦОВ! Статья сто семнадцать, часть вторая. Ага. Понял. Статья сто сорок четыре. Кража, значит, да? Значит, воруем и насилуем? Все, дом семь оставляем в покое… Дом одиннадцать…

С этими статьями шесть лет назад с Кравцовым произошел казус. Он отлично знал Уголовный кодекс, но когда один мужик на допросе на вопрос «По каким статьям судим ранее?», ответил четко и без запинки: «Судим один раз, по статьям сто двадцать пять и сто шестьдесят четыре», Марк, чей слух резанули названные статьи, растерялся. Об этих статьях он слышал впервые. В процессе разговора он стянул под стол УК и стал искать названные жуликом статьи. Найдя, опешил. Выждав момент, Кравцов поинтересовался:

— Слушай, я одного не могу понять, что ты сотворил, что тебя судили «букетом» по статьям «Подмен ребенка» и «Незаконный промысел бобров»?..

Мужик сидел напротив и хлопал ресницами. Когда понял, в чем дело, он расхохотался так, что зазвенели треснувшие зимой оконные стекла. Как следует повеселившись, он сказал:

— Начальник, я судим по Уголовному кодексу Узбекистана!

Изучение криминальных биографий остальных жителей не принесло ничего нового. Статьи, судимости, побеги, штрафы, арест на сутки… Обычная жизнь людей, которым тюрьма — дом родной.

Выйдя из кабинета, Кравцов сам не заметил, как, поглощенный своими думами, он оказался в дежурной части.

— Вить, — обратился он к Буркову, который строчил отказной материал по факту кражи документов в автобусе. — По мужику телевизионное опознание не проводили?

— По какому? — оторвался от бумаг майор. — По убитому, что ли? Нет, не проводили. У нас телевидение занято интервьюированием вашего начальника.

— Позвони на другой канал. Может, возьмутся? А если нет, я на них ОЭП районный натравлю. Так и скажи.

— Вот возьми и скажи. — Бурков пододвинул к оперу телефон.

— И позвоню!

— Позвони.

— И позвоню.

— Позвони.

— И поз… Алло, девушка! Номер телефона программы «В мире животных», будьте любезны… Что? Нет, не той, что с Песковым. Местную, про криминал… Так… Так… Спасибо.