Читаем Черная аура полностью

Под шатром в красно-белую полоску стояли шезлонги для этерианцев, их друзей, нескольких репортеров и тех немногих праздных наблюдателей, что вооружаются газетами и носят полицейские башмаки. Минуту назад рядом с креслом миссис Уэбб присел на корточки радиорепортер, держа в руке миниатюрный микрофон.

— Можете не сомневаться, — сказала она, — он умрет ужасной смертью. Йогу требуются годы и годы упорных тренировок, прежде чем хотя бы попытаться сделать нечто подобное. Дилетанты и дураки не должны заигрывать с силами, о которых ничего не знают.

Эрнестина не была столь категорична.

— Было бы благом для Общества, если бы он справился с этим, — рассудительно заметила она.- Но три дня кажутся слишком большим сроком.

— Огромное вам мерси, дамы. — Репортер остановил пленку, посмотрел на часы и быстро зашагал к воротам, уже думая о своих следующих интервью. До обеда он едва успевал втиснуть пробег молочников Лондон-Брайтон и человека, который утверждал, что патологически ненавидит вязы. К тому времени, когда он споткнулся об оттяжку небольшой марокканской палатки, он уже забыл об Обществе Эфирной Мандалы.

Небольшая палатка, расположенная в десяти ярдах от шатра, укрывала вырытую могилу и новый гроб, сделанный под бронзу, который предоставило похоронное бюро Роуздейл. Гроб целую неделю простоял в доме этерианцев — вплоть до вчерашнего вечера, когда Фин поспешил отвезти его в сварочный цех для внесения некоторых изменений в последний момент. Вход в палатку с откинутым пологом охранял констебль. Табличка рядом с полицейским предупреждала: «ОСТОРОЖНО, ПОГРЕБЕНИЕ ЗАЖИВО».

Было холодно. Привилегированная публика под шатром, поглядывая на свои часы, продолжала с завистью взирать на съемочную группу телевидения, которая табором караулила на лужайке, закутавшись в два-три слоя меховых одежд. Фин опаздывал, и репортер из лезерхедской «Ситизен» начал заключать пари на то, что он вообще не появится. Человек из «Псайкик Экспресс» размышлял, как легко они примут это пари, в то время как другие репортеры расправляли капюшоны своих дафлкотов⁸³, настраиваясь на сонное ожидание.

Миссис Уэбб поправила меховую шапку и очнулась от дремоты.

— Шезлонги сейчас в самую пору, — со свойственной ему язвительностью заметил Хакель. — Напоминает пересечение Атлантики в середине января.

— Вы только посмотрите, что делает ветер, — сказала Нэнси, имея в виду свои волосы, и переходя к Фину добавила: — Куда он вообще пропал?

Прочие этерианцы оправились от новизны ситуации, когда их насильно поместили сюда, в публичное пространство, как экспонаты гигантской выставки: Стоуни читал, Эрнестина упражняла зрение, сестры Блейз, оставив свои сумочки на стульях как ориентир, слонялись вокруг и раздавали листовки, осуждающие эксперименты на животных. Алан и Джейн Форстеры побрели к воротам, где, как им показалось, они слышали дребезжание фургона с мороженым. Данк прервал разговор с телевизионщиками на Нострадамусе, чтобы посмотреть им вслед.

— Мороженое! В такой день, как сегодня! — прокомментировал он. — Капелька бренди больше подходит, нет?

— Я ничего не говорил, — сказал телевизионщик и поднялся, чтобы еще раз измерить расстояние от своей камеры до палатки.

Тем временем камеры туристов почему-то защелкали быстрее. Для одного из владельцев собак это был единственный способ удержать своего питомца от жевания израсходованных кубиков молнии⁸⁴. Еще две собаки готовились затеять грызню; продавец воздушных шариков на всякий случай отошел от них подальше. Один поток людей теперь двигался от Пальмовой Оранжереи, другой — от ворот. Прибой человеческих голосов угрожал заглушить воинственную музыку, льющуюся из двух динамиков на шатре; белое море оберток от мороженого и скомканных агиток против вивисекции колыхалось на траве.

Прибыл Фин. Издалека он поначалу казался черной фигурой с тыквой вместо головы. По мере приближения, фигура превращалась в высокого человека в черном плаще-накидке и чрезмерно громоздком красном головном уборе. И наконец, когда человек подошел к микрофону и сбросил накидку, перед всеми предстал он, Теккерей Фин, индийский маг в вечернем костюме и массивном красном тюрбане с голубым драгоценным камнем.

— Что с ним делает помощник моего магнетизёра? — недоумевала миссис Уэбб. — И когда он успел отрастить бороду?

Кто-то из массовки тоже узнал Бикера, но не мог вспомнить имя этой щекастой физиономии...

Пока ассистенты наводили порядок в палатке, Фин включил микрофон. Его голос витал над маршем Сузы⁸⁵.

— Дамы и господа! Сегодня вам выпала честь стать свидетелями приема древней йоги, который еще никем и нигде не демонстрировался в западном мире! Погребение заживо*. При соблюдении самых жестких научных требований я войду в этот гроб, который вы видите позади меня, герметично запечатаю его снаружи и опущу в эту могилу! Я буду покрыт толщей утрамбованной земли весом в две тонны! В этом запечатанном гробу, в котором достаточно воздуха, чтобы человек прожил не более пяти часов, я проведу полноценных три дня и выйду из него невредимым!