Читаем Черити полностью

Все началось с воя — пронзительного, вызывающего боль в ушах звука, сперва еле слышного, но постепенно нарастающего и пульсирующего, то затухая, то снова возрастая до тех пор, пока каждая клеточка тела Френча не задрожала, а зубы не принялись выбивать барабанную дрожь. Этот звук нарастал и обрывался, нарастал и снова обрывался в бесконечно монотонном ритме, который становился все более лихорадочным и быстрым, заставляя сердце Френча биться в такт с ним и полностью отключая сознание. Френч, шатаясь и постанывая, пошел по изъеденному ржавчиной коридору, ничего не замечая перед собой. Он даже не заметил, как мимо него, резко дергаясь, пробежало несколько пауков, тоже не обративших на него никакого внимания. Он споткнулся, упал, и свинцовая тяжесть, наполнявшая все его существо, не позволила ему вновь встать на ноги.

Внезапно вой прекратился. Сирена смолкла, издав последний пронзительный визг такой интенсивности, что у Френча даже перехватило дыхание. Тяжело дыша, он несколько минут с закрытыми глазами лежал на боку. Все тело болело, как будто его обработали молотом, а каждое движение доставляло страшные мучения. Но здесь нельзя было оставаться. Ему казалось, что он понимал поведение пауков, которые принимали его за своего сородича, даже несмотря на его внешний вид. Но твари, которых он видел теперь, не упали от страшного воя на пол, а наоборот, начали проявлять лихорадочную активность. Если оставаться здесь, то рано или поздно один из этих мерзких пауков задержится, чтобы посмотреть, не болен ли его сородич. И тогда конец.

Эта мысль придала Френчу сил. Он, превозмогая себя, с трудом встал на четвереньки, несколько мгновений оставался в этом положении, жадно хватая ртом воздух, потом сжал зубы, попытался опереться о стену, используя грубый муляж руки, и с трудом выпрямился.

Перед глазами все кружилось. Пол под ногами дрожал, а вокруг раздались звуки, неслышимые раньше, так как в ушах все еще стояли пронзительный вой и визг сирены. Где-то далеко под ногами Френч услышал рокот, словно подлетели тяжелые машины, и резкие щебечущие свистки и щелчки, напоминавшие язык пауков, но звучавшие так, будто их производило нечто металлическое.

Дрожа от страха, Френч посмотрел по сторонам. В настоящий момент других пауков нигде не было видно, но всего лишь в нескольких шагах, там, где начинался вход в большое помещение, угадывалось лихорадочное движение. Сам не зная, почему, Френч побрел вдоль стены к этой двери и заглянул внутрь.

Зал имел почти такие же громадные размеры, как и тот, за прозрачной стеной которого он увидел Землю. Но это помещение разделялось на три вставленных одна в одну плоскости, по которым двигались десятки шестируких тварей. Френч не мог понять смысла этого движения, но оно казалось как никогда лихорадочным и нервным, и он предположил, что это связано с тем страшным шумом, который нарушил покой мира пауков.

Холодея от ужаса, Френч почти уверился в том, что вой сирены оказался сигналом тревоги, а вся эта суматоха связана с ним самим — возможно, пауки, наконец, заметили появление непрошенного гостя и теперь бросились на его поиски.

За своей спиной он услышал шум, с трудом повернул голову и испуганно вздрогнул, увидев, что в его сторону двигаются шесть огромных, отливающих черным тварей.

Некоторые, казалось, даже не заметили человека, но Френч с беспокойством увидел, что два огромных чудовища смотрели на него. С усилием он оттолкнулся от стены и выпрямился, хотя при этом спину прорезала такая боль, будто у него оказались переломанными все кости, и все-таки, каким-то непостижимым образом, ему удалось удержаться на ногах и неподвижно застыть, пока пауки не прошли мимо. Только тогда Френч сделал осторожный шаг и в ту же секунду почувствовал, что теряет равновесие. Он испуганно вытянул руку, чтобы опереться о стену — и чуть не упал в дверь. Однако в последнее мгновение он опять устоял, сделав неловкий шаг вперед и немного в сторону.

От страха по спине Френча пробежал озноб. Он оказался в самой гуще лихорадочно работавшей группы пауков. Они совершали какие-то непонятные манипуляции с большой, отливающей серебром машиной, имевшей множество непонятных шкал и рычагов. Чтобы не казаться чужаком, Френч поднял руки и стал изображать бурную активность. И это, видимо, оказалось ошибкой, так как один из стоявших рядом пауков быстро повернулся и что-то ему просвистел. Разумеется, Френч не понял, но догадался, что следует успокоиться. Он поспешно убрал руку, несколько секунд смотрел на паука, потом повернулся и принял позу, которая выглядела бы как раскаяние и смирение, после чего, шаркая ногами, отошел в сторону. Несколько секунд паук смотрел ему вслед, а затем вновь занялся своими делами и, казалось, совсем забыл о человеке.