Читаем Час бультерьера полностью

Он раздевал труп аж целых две минуты. Он разобрался со сложным кроем комбинезона и удовлетворенно хмыкнул, и в это время взорвалась граната этажом выше. И следом глухой взрыв, не иначе — в полуподвале, где спрятано оружие ассасинов.

Противникам отлично известна планировка центра. Откуда? Ха! За сутки — всего за одни сутки! — можно достать чертежи здания, выяснить, где чего перестраивалось, какого типа сейф вмуровали в стену местные умельцы и т.д. и т.п. Чиновники из местных имеют полный доступ к архитектурно-плановой документации и отчетам ремонтников. Чиновника подкупить или взять за жабры — проще простого.

Легендирование центра, его полуофициальное прикрытие предусматривало контакт с властями. Никто не ожидал серьезных напрягов в сонном прибалтийском царстве, и сейчас казалось, что ассасины чуть ли не сами подставились под неприятности, хоть это и не так, совсем не так! Но маджнун переодевался и корил себя, ругал братьев, организовавших базу в Прибалтике, ибо, когда что-то случается, анализируя случившееся, обязательно подумаешь: сами виноваты!..

"Понадеялись на полицаев у ворот, вспомнили древний закон, запрещающий ношение в доме отца духовного оружие, и теперь расхлебываем. Захлебываемся кровью", — думал маджнун, напяливая на себя спецодежду противника.

Надевание комбинезона, чулок с кольчужной стельки и диковинной подошвой, подгонка капюшона и прочие мелочи отняли у него еще минуту.

Пошевелил руками — удобно. Умная голова придумала скрытые под серой комбинированной тканью пластмассовые щитки на войлочной прокладке. Жалко, пришлось оторвать и выбросить пластмассовую полусферу раковины, защищающей пах. Нет лишнего времени, чтоб разобраться как следует с системой тесемок на обуви, чтобы подогнать обувку по размеру. Необычные чулки поджимают, но это ерунда. А что лежит в потайном кармане у бедра?.. Веревка с грузилом, пластмассовый пузырек с какой-то мутной жидкостью, лезвие в ножнах с шариком вместо рукоятки. Лучше в запасная обойма к пистолету лежала в потайном карманчике вместо всего этого хозяйства, право слово... А это еще что такое?.. На дне потайного кармана мятая, полупустая пачка сигарет и разовая зажигалка. Обычная пачка и заурядная зажигалка выглядят дико в одном ряду со странноватыми орудиями для убийства. Вероятно, противник-азиат собирался побаловать себя табачком, как только все закончится и об обитателях центра останутся лишь воспоминания.

Беглый взгляд на зажигалку, и в холодной голове маджнуна кристаллизовался четкий план дальнейших действий. Зажигалку он оставит в кармане, а сигареты и все остальное лучше выбросить.

Лезвие, увенчанное шариком, которым маджнун не умеет пользоваться, загадочный пузырек и веревка-кистень полетели на пол. Возник соблазн углубиться в покои имама, где имелись и телефоны, и факс, и компьютеры с модемами, однако маджнун подавил желание, чреватое потерей времени, и только. Дураку ясно — противники первым делом лишили центр всяких средств связи.

Десять минут двадцать четыре секунды с того момента, как "БП" конструкции Дерягина выплюнул первую пулю в глаз имаму. Маджнун, переодетый в униформу противников, смотрит на мир через прорезь для глаз в капюшоне, поправляет кожаные серые перчатки, выходит из покоев имама, нагибается, подбирает "бесшумный пистолет".

Маджнун поворачивает направо, идет, шагает спокойный, расслабленный и на ходу производит ревизию боезапаса. Один патрон в стволе, четыре в обойме. Маловато.

Он вышел на лестничную площадку, пошел вверх по ступенькам. Не спеша. Плечи опущены, правая рука болтается вдоль тела, кисть в серой коже тискает рукоять "дерягина", палец на спусковом крючке.

Один лестничный пролет пройден, поворот, и далее вверх по ступеням, к площадке четвертого этажа.

На площадку, к которой неслышно приближается "одержимый", выбегает человек в сером. В руках у противника пистолет-пулемет "кедр", доукомплектованный длинным и толстым глушителем. Маджнун слегка опускает голову, смотрит себе под ноги, прячет глаза от противника.

— У нас чисто, — сообщает узкоглазый противник скороговоркой по-русски и озабоченно спрашивает: — Ты не ранен?

— Я в порядке, — отвечает маджнун, на ходу приподнимая ствол у бедра. — А ты — нет.

Боезапас пистолета оскудел на патрон, противник как будто поскользнулся, шлепнулся сначала на задницу, потом стукнулся о бетон лестничной площадки четвертого этажа затылком.

Поворачивая к лестничному пролету четвертого этажа, маджнун, не останавливаясь, согнул колени, чуть согнулся в пояснице и подобрал "кедр", сжал кулак на рукояти пистолета-пулемета. И продолжил подъем такой же расслабленный и неспешный.

Он добрался до середины лестничного пролета, когда услышал шумок за спиной. Не оборачиваясь, он согнул, сильно согнул левую руку в запястье, разогнул левый локоть до боли в суставе и направил утяжеленный ствол "кедра" на лестничную площадку позади себя. Палец утопил спуск, и его левая рука задрожала в такт автоматной очереди.