Читаем Благовещенье полностью

* * *

Мы пьем из чаши бытия…

М. Ю. ЛермонтовСлепцами перед алтаремСтоим. И в церковь ходим строем.Не верим, но пророков ждем,Не чтим святынь, но храмы строим.И душу — Господи прости —Вверяем магу–вурдалаку,К Христу спешим, но по путиСверяем дни по Зодиаку.Любовь похожа на игруДвух тел, лишенных власти Духа.И только совесть по утруВорчит, как сонная старуха.Несемся, голову сломя,Поправ святыни сапогами.И пьем из чаши бытияБольшими жадными глотками…

* * *

Одно лишь слово храню в груди.Моя молитва — одно лишь словоДушою выплаканной: — «Прости»Я без конца повторять готова.Метут метели, и льют дожди,И ход привычный меняет солнце.Но бесконечно мое «Прости»Сердцебиеньем наружу рветсяИ вряд ли можно перерастиИ стать взрослее порывов этих.Легко срывается с губ: — «Прости»,И над землею летит как ветер.Меняю станции и пути,Чтоб мчаться дальше к чужой надежде.Но багажом за спиной: — «Прости»,А это значит, что все как преждеМне путеводной звездой светиИ я знаменья не жду иного.Одним лишь словом живу — «Прости»Моя молитва — одно лишь слово

* * *

Легко ли в рай шагать по головам и спинам,По неокрепшим душам всех тех, кто злей и плоше?Разменивать на деньги небесным исполинамОсколки и объедки сентябрьской пороши.Пересказать иначе все то, что было прежде,Чтоб отыскать геройство в бездумной череде дней.Отряхивать брезгливо чужую боль с одеждыИ набожно кичиться походами к обедне.На крышах транспаранты, что грех любой заразен!Тому, кто оступился одна дорога — в ад.Но на одеждах Божьих мы тоже комья грязи,Над чернотою нашей архангелы парят.Развешивать иконы, как новые картины,Забыв, что беды чьи-то с размаху в окна бьют,Что наши дети тонут в угаре кокаина,И храмов новых ищут и идолов куют.Легко ли в рай ломиться по головам и спинам,По неокрепшим душам, туманом полусонным?Порою вера — только красивая витрина —Реклама всепрощенья, где праведность — картонна.Неоновые блики и манекены в рясах,Лампад и свечек желтых на миллионы ватт.Столиким осужденьем стоят иконостасы,И черти славословят, и ангелы скорбят.Но там где пахнет гнилью, где даже воздух черен,Где дни, как будто ночи — без света и огня,Слепое фарисейство там осуждает ворон,И в чаще Бога больше, чем в сердце у меня...
Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия