Читаем Блабериды полностью

После обеда Алик с Алисой уехали. Мне показалось, Алик был чем-то раздражен. Гриша заперся в кабинете и долго разговаривал с кем-то по телефону, а потом часа три кряду просидел, уткнувшись в свой ноутбук.

Несколько раз я подступался к «даме с Рамштайном», читал её письмо, поискал даже в редакционной базе психолога, который разбирался в подобных девиациях. Но едва я брался за трубку, меня сковывал давно забытый ученический страх. Я боялся забыть вопросы. Я боялся спороть чушь. На листке бумаге я пронумеровал строки под список из шести вопросов, но сами вопросы придумать не смог. В конце концов, мне стало казаться, что трахаться под «Рамштайн» можно вполне ритмично.

Скоро моё внимание переключилось на «Зарю». В медицинском отчете, на который ссылался Савостин, я наткнулся на зловещий термин «соматический мутагенез», который упоминался в числе возможных причин симптомов, характерных для жителей Филино.

Я набрал «соматический мутагенез» в поисковике, и среди десятков медицинских ссылок в глубине поисковика наткнулся на страницу форума, где упоминалось Филино.

На 77-ой странице темы под названием «Чернобыля не было??» под ником Asya19 писала женщина. Её короткие фразы начинались со строчной буквы и заканчивались в основном многоточием. Мысль её рождалась через боль, будто она тащила из своего нутра колючую проволоку.

«после армии отец получил работу в филино… мы там три года прожили. я была маленькой… мать в магазине весь день… отец ходил злой, платили плохо, еле сводили концы… потом отец заболел… у него всё болело… лежал в основном, руки покрылись пятнами… я до сих пор помню этот запах… инвалидность не давали… мать пошла на станцию… в 96 году отец умер. врачи говорили соматический мутагенез… это радиация… там все было в радиации… младшему брату сейчас 25, отказывают суставы, инвалидность не дают, говорят нужно подтверждать проживание на зараженной территории… документов у нас нет… ы 97 мы оттуда уехали».

Под постом Аси развернулась острая полемика. Форумчане ожесточенно спорили о возможности скрыть от населения масштабную радиационной катастрофу, время от времени переходя на личности и обвиняя друг другая в дилетантизме. Одни настаивали, что в год на территории России происходят десятки подобных инцидентов и лишь единицы выносятся в публичное поле. Другие называли это полной чушью, и говорили, что население скорее отравится мышьяком, ртутью или свинцом, чем облучится. Обе стороны утверждали, что знают всё из первых рук.

Саму Асю обвинили в эмоциональности и отсутствии доказательств.

«Если вы не засланный казачок, сочувствую вашему горю, но ставить знак равенства между соматическим мутагенезом и радиацией может человек, совсем далекий от медицины», — писал кто-то.

Женщина отвечала им, что действительно не является врачом, но всё-таки смерть отца помнит хорошо и не сомневается, что причины не в слабом иммунитете, как писали ей знатоки. Наверное, печатая эти строки, она уже рыдала от бессилия. Скоро спорщики вытеснили её на обочину. В последнем сообщении, датированном октябрем 2010 года, Asya19 написала: «Через двор были такие симптомы».

Эта перебранка состоялась семь лет назад, но всё-таки я зарегистрировался на форуме и отправил женщине личное сообщение с просьбой выйти на связь. В её учётке я нашёл лишь город проживания — Калуга.

Не успел я сдать инструкцию про бытовой газ, как Гриша напомнил мне про старый должок: про статью о доходах чиновников, которую повесили на меня ещё в понедельник. Я понял, что Гриша решил меня проучить.

Пересчитывание чужих денег было занятием тошнотворным. Армия чиновников поражала своей численностью. Гриша требовал от меня сопоставления доходов чиновников разного ранга, но чем больше я углублялся в документы, тем более размытой получалась картина. Глава одного муниципалитета имел автомобиль, почти столь же шикарный, как у губернатора области. Его коллега из соседнего города декларировал доход меньше моего и ездил на «Киа». От некоторых деклараций веяло подлогом. Вообще получалось, что половина законотворцев области ездят исключительно на мотоблоках, гидроскутерах и снегоболотоходах.

Периодически звонил редакционный телефон. Настырный голос пытался заказать через меня грузовой фургон, утверждая, что этот номер указан на сайте перевозчика. Возмущенная женщина требовала опубликовать статью о директоре своей компании, который сбывал налево стройматериалы. Пожилой человек требовал вернуть автобусный маршрут в сады, я обещал разобраться, он требовал снова, и я снова обещал, и длилось это минут десять.

Чтобы отвлечься, я полез в соцсети, но и здесь было не лучше.

«Бывшая стала не бывшей. В школе учились с первого класса в месте. Встречались с 9 по 11 классы. Потом она поступила в московский институт. Вернулась через восемь лет. Встретились случайно на дне рожденья и опять завертелось. В браке уже три года #бывшие #небывшие».