Читаем 1905-й год полностью

Революционные выступления охватили Варшавскую, Петрковскую, Радомскую, Калишскую, Люблинскую, Седлицкую губернии. Особенного размаха достигли они в центре текстильной промышленности — Лодзи. Начавшись 13 января, Лодзинская стачка к вечеру 14 стала всеобщей: в городе забастовали все 70 с лишним тысяч рабочих, закрылись театры, прекратились занятия в учебных заведениях. 19 января началось строительство баррикад. Стянутые в город два пехотных полка развернули «боевые действия»: загремели залпы, полилась кровь. 20 января 15-тысячная толпа рабочих в Сосновицах и Домброве разгромила железнодорожную станцию и прервала железнодорожное сообщение. В течение нескольких дней здесь не прекращались рабочие демонстрации с красными флагами и лозунгами «Долой самодержавие!», «Долой войну!», «Да здравствует конституция!».

Не спокойно было и в другом конце романовской державы — на Кавказе, где дело, по словам В. И. Ленина, «дошло уже до всенародного восстания против самодержавия»^{106}.

Первые результаты

Одним из важнейших результатов начавшейся революции был рост влияния революционной социал-демократии. Вспоминая об этом времени, вождь большевиков писал: «До 22 (по старому стилю 9) января 1905 года революционная партия России состояла из небольшой кучки людей… Несколько сотен революционных организаторов, несколько тысяч членов местных организаций, полдюжины выходящих не чаще раза в месяц революционных листков, которые издавались главным образом за границей… таковы были революционные партии в России и в первую очередь революционная социал-демократия до 22 января 1905 года… Однако в течение нескольких месяцев картина совершенно изменилась. Сотпи революционных социал-демократов «внезапно» выросли в тысячи, тысячи стали вождями от двух до трех миллионов пролетариев»^{107}.

Большевики прилагали огромные усилия, чтобы организовать пролетариат на борьбу с самодержавием, поставить и разъяснить стоящие перед ним задачи. Только за 12 дней, с 9 по 20 января 1905 г., один Петербургский комитет выпустил 24 различные листовки. Листовки издавали Выборгский, Василеостровский и Петербургский районные комитеты.

Для усиления руководства пролетарским движением при первых же известиях о начавшейся революции В. И. Ленин и заграничный большевистский центр направили в Россию старых, опытных партийных работников: М. Н. Лядова, В. Д. Бонч-Бруевича, П. А. Красикова и др. Они внесли немалый вклад в организацию революционной борьбы в Петербурге, Москве, Одессе и еще в целом ряде пролетарских центров.

На крупнейших промышленных предприятиях большевикам в первые месяцы революции удалось создать иногда весьма сильные организации. Так, в феврале — апреле 1905 г. на Путиловском заводе большевистские группы в 10–15 человек возникли в лафетно-снарядной, пушечной, паровозомеханической, новомеханической и литейной мастерских. Укреплялись и росли организации большевиков и в других крупных заводских коллективах.

Активную роль в рабочем движении с момента начала революции, как мы уже говорили, играли социал-демократы Королевства Польского и Литвы и Латышская социал-демократическая рабочая партия.

Что касается меньшевиков, то они по сути дела плелись в хвосте массового рабочего движения. Например, за весь январь меньшевистский Харьковский комитет РСДРП не издал ни одной листовки и лишь один-единственный раз перед рабочими выступил представитель от комитета. Приблизительно так же дело обстояло и в Киеве, Екатеринославе и других городах, где комитеты РСДРП были меньшевистскими.

Бундовские организации, работавшие в западных губерниях России, где преобладал ремесленный пролетариат, не пользовались почти никаким влиянием среди крупного промышленного пролетариата. Выступая за обособленные действия рабочих еврейской национальности, бундовцы подрывали единство и сплоченность рабочих России в их борьбе с общим врагом — царским самодержавием и капиталом.

Революция показала, что у эсеров, имевших влияние на мелкобуржуазные слои населения, с рабочими массами крупных промышленных предприятий широких связей не было. Определенное место их деятельность занимала только в политической жизни отдельных промышленных центров — Риги, Вильно, Баку. Белостока, Житомира, некоторых городов Поволжья. Один из хорошо информированных жандармских «специалистов» по истории революционных партии отмечал: «В охватившем после 9-го января Россию массовом движении партийные организации (эсеров. — К. Ш.) не сыграли почти никакой самостоятельной роли…»^{108}.

Волна рабочего движения после Кровавого воскресенья дала и еще один результат: впервые в истории России в феврале — марте 1905 г. начали вызревать зачатки новой формы власти. На отдельных предприятиях стали возникать Советы.

Первый из таких Советов по призыву большевиков был создан в конце февраля 1905 г. на Алапаевском заводе на Урале.