Читаем Знак Наполеона полностью

В здание школы верховой езды вел пандус, покрытый густым слоем смешанных с грязью опилок. Дженнифер вошла внутрь, поразившись невероятной смеси запахов кожи, лошадиного пота и навоза, столь чуждых безжалостным джунглям Манхэттена — джунглям из стали, бетона и стекла. Она подумала, что когда-то эти запахи и звуки наполняли все вокруг; стук копыт и гудки судов, входивших в бухту, были символом нового города, построенного на надеждах и стремлениях. Дженнифер решила, что этот запах ей нравится. Он казался настоящим. Неизменным. Важным.

Впереди размеренно рысила лошадь, двигаясь по кругу, ограниченному с одной стороны стенами, а с другой — светло-голубыми колоннами, поддерживающими побеленный кирпичный потолок. В седле неуверенно держалась девочка с выбившимися из-под черного шлема золотистыми косами. В центре стоял инструктор, поворачиваясь на каблуках потертых коричневых сапог для верховой езды и изредка выкрикивая команды.

— Простите, — громко сказала Дженнифер, когда инструктор оказался к ней лицом. — Я ищу Фальстафа.

— Фальстафа? — Он с любопытством взглянул на нее, его мускулистые ноги были обтянуты бежевыми брюками для верховой езды. — Вы пришли к Фальстафу?

Дженнифер утвердительно кивнула, надеясь, что он не обратил внимания на легкую неуверенность в ее голосе. Слова Грина во время утреннего звонка было плохо слышно из-за воя сирен. «Семь тридцать утра. «Клермон райдинг акэдеми». Спроси Фальстафа. Не опаздывай».

— Ну сколько можно повторять? Пятки вниз! — внезапно рявкнул инструктор, уставившись за плечо Дженнифер. Она обернулась и увидела покрасневшую юную всадницу, с пятками, опущенными ниже стремян, и бьющими по спине косичками. Инструктор наблюдал за ученицей, неодобрительно хмурясь.

— Да, Фальстафа. Вы знаете, где я могу его найти?

Мужчина скептически взглянул на Дженнифер, помедлил и кивнул.

— Вас ждут наверху. Первый этаж. Вглубь и направо. Вот молодец. Умница девочка. Руки перед собой. Следи за своей осанкой. Все дело в осанке.

Тихо поблагодарив, Дженнифер направилась в указанную сторону. Широкий изогнутый пандус вел на этаж с денниками, каменный пол был потерт и разбит копытами многих поколений лошадей и сапогами избалованных подростков из Верхнего Уэст-Сайда.

Два человека из команды Грина стояли в конце пандуса, полупрозрачные проводки от наушников исчезали под воротниками. Они направили ее к центральному коридору, ведущему в дальний конец конюшни. В обе стороны от него тянулись узкие проходы к стойлам. Сами денники, выкрашенные в белый цвет, находились в разных степенях обветшалости: деревянные детали сломаны или вообще отсутствовали, кованая ограда изъедена ржавчиной. Седла, уздечки и прочая упряжь были развешаны на облупленных стенах или перекинуты через покосившиеся воротца. С балки свисал стереоприемник, скорее для развлечения рабочих-мексиканцев, чистивших стойла, чем лошадей, чьи печальные головы виднелись за решетками.

Еше один человек ждал Дженнифер в глубине основного коридора. Он молча указал направо. Звук голосов привел ее к последнему стойлу, к двери которого бечевкой была примотана оловянная табличка с нацарапанным тупым гвоздем именем: «Фальстаф».

Дженнифер обескураженно нахмурилась. Она предполагала, что Фальстаф — человек, родители которого либо очень любили Шекспира, либо обладали странным чувством юмора. Но не лошадь же…

Пожав плечами, она вошла внутрь. Джек Грин стоял к ней спиной и был занят разговором с двумя хорошо одетыми мужчинами, один из которых был заметно старше другого. Стоило Дженнифер переступить порог, младший резко поднял на нее глаза. Закончив мысль, Грин обернулся.

— Брауни. — На его губах мелькнула улыбка. — Отлично.

Грин выглядел типичным вашингтонцем, которых, кажется, производят на секретном конвейере в одном из богатых белых кварталов в пригородах Бостона. Тщательно отутюженные стрелки на брюках, идеальный пробор в каштановых волосах, пухлые щеки, безупречные зубы, радужки, напоминающие выцветшие чернильные пятна на белоснежных простынях, и взгляд, постоянно устремленный за ваше плечо, на случай если в помещение войдет кто-то более интересный.

Он похудел с того последнего раза, когда они виделись. В Бюро это заметили. Сплетники утверждали, что Грин недавно снова женился и что его новая женушка, молоденькая и богатая, три раза в неделю гоняет директора в спортзал. Но ему еще было над чем работать: ткань брюк у верхней пуговицы заметно морщинилась под натиском живота. И даже если в самом деле появилась новая жена, то она ничего не делала для того, чтобы улучшить вкус Грина. Например, сегодняшний его галстук представлял собой яркую смесь всевозможных оттенков оранжевого.

— Доброе утро, сэр, — пожала она протянутую руку.

— Спасибо, что пришла. Я знаю, время раннее.

— Ерунда, — небрежно ответила Дженнифер. — Обычно в это время я отправляюсь на утреннюю пробежку.

Он бросил на нее взгляд, выразивший что-то среднее между симпатией и уважением, и представил ей старшего собеседника, а затем более молодого.