— Там все еще хуже. — Том ткнул в соответствующее место на плане. — Зал был построен специально под «Мону Лизу», и они предусмотрели все. По две камеры следят за каждой дверью, еще три — за самой картиной. — Все объяснения он сопровождал указаниями на карте. — Титановые щиты. Окна на сигнализации и заперты. И не забудьте о двух или трех вооруженных охранниках.

— Ты хочешь сказать, что, даже если нам удастся подобраться близко, поймают сразу же после того, как мы попытаемся снять картину со стены? — грустно покачал головой Дюма.

— Скорее всего, — кивнул Том.

— Вот почему Майло придется провернуть все во время перемещения картины в лабораторию, — объяснил Арчи. — Все эти охранные системы и яйца выеденного не стоят, когда «Мона Лиза» не на своем обычном месте.

— Систему можно обмануть. Сложность в том, чтобы подобраться достаточно близко, — заметил Том.

— Я могу сделать так, что вы подберетесь близко. По сути, на расстояние вытянутой руки. Но не знаю, как это может помочь вытащить оттуда картину, — произнес Арчи.

— Что ты имеешь в виду?

— Выставочный бокс.

— Что за бокс? — переспросил Дюма.

— «Мона Лиза» находится в пуленепробиваемом плексигласовом защитном боксе, — объяснил Арчи.

— Подарок от японцев, после того как картина выставлялась в Токио в середине семидесятых, правильно? — припомнил Том.

— Да, в 1974 году, — подтвердил Арчи. — Бокс специально разработан для того, чтобы поддерживать внутри постоянную температуру шестьдесят восемь градусов по Фаренгейту и влажность пятьдесят пять процентов — это не дает дереву трескаться.

— Вокруг будет инфракрасная сетка, — медленно произнес Том. — А сам бокс на сигнализации и закреплен на стене.

— Звучит не слишком обнадеживающе, — признался Дюма.

— Не слишком, — улыбнулся Арчи. — Хорошая новость в том, что в бокс встроена система кондиционирования воздуха. Она проходит техобслуживание раз в двенадцать месяцев, ежегодно. Вся процедура занимает пару часов. Можно даже купить билеты и самому посмотреть, как все происходит.

— И это будет завтра? — с искрой надежды в голосе спросил Том.

— Нет, — хмыкнул Арчи. — Через несколько месяцев.

— Тогда я не понимаю…

— Кондиционер находится под дистанционным наблюдением сторонней фирмы. В него встроено какое-то модное диагностическое устройство, которое сообщает о неполадках и отклонениях от нормы. Как только обнаружена неисправность, они подрываются и едут ее чинить.

— Как быстро приезжают?

— Тридцать минут. Час максимум.

— И для того чтобы дать им провести ремонтные работы, Лувр должен отключить сигнализацию, — догадался Том. — Ты прав: так мы сможем подобраться очень близко.

— А как насчет видеокамер и охраны? — напомнил Дюма.

— Камеры можно отрубить, — махнул рукой Том. — А охрану отвлечь… или обездвижить.

— Обездвижить? — обеспокоенно взглянул на него Дюма.

— Газ. Дротики с транквилизатором. Не волнуйся, Джей-Пи, я не собираюсь никого убивать. Предоставлю эту возможность Майло.

— Но мы все еще не знаем, как выйти, — вмешался Арчи.

— Не нужно выходить, — улыбнулся Том. — Мы даже не будем входить внутрь.

— Я потерял нить, — пожал плечами Дюма.

— Мы оба, — прибавил Арчи.

— Достаньте мне план той части канализации, что проходит под Лувром, и я вам все объясню.

Глава тридцать третья

Отель «Георг V», Восьмой квартал, Париж, 21 апреля, 23:33

Звонок Дженнифер провисел в режиме ожидания около пятнадцати минут, прежде чем Грин смог ответить. Судя по задержке и приглушенному фоновому шуму, директор ФБР был в самолете.

— Брауни, у меня есть три минуты, так что давай быстрее.

— Это Рази, сэр. Я Практически уверена. Он покупал картины, делал копии и продавал на Дальний Восток, до того как выставить оригинал на аукцион в Европе и Соединенных Штатах. Скорее всего занимается этим уже несколько лет.

Она быстро изложила схему, которую обсуждала с Томом: использование сертификатов подлинности, нацеленность на клиентов из Японии, омерта[22], которая, судя по всему, закрыла рты всем нью-йоркским владельцам галерей.

Было слышно, как Грин сделал медленный вдох.

— Нужно проверить все крупнейшие аукционы импрессионистов за последние десять лет и сравнить с тем, что Рази покупал и продавал в тот же период.

Дженнифер улыбнулась; как и она, Грин понимал, что ловушка захлопывается.

— За этим могут стоять миллионы долларов. Хадсон и Коул с ума сойдут.

— Но у нас еще остается Хэммон, — продолжила она. — Он пока не вписывается.

— Может быть, Рази оказался слишком жадным, а Хэммон пригрозил обо всем рассказать?

— Или что-то другое. Что-то, к чему относится инвентарный номер Лувра, который я нашла в его офисе.

— Я думал, ты собиралась встретиться с кем-то по этому вопросу.

— У меня был назначен визит, но встреча не состоялась. Попробую еще раз завтра.

— Передай эту информацию в полицию Нью-Йорка. У них могут появиться ценные идеи. — По тону было понятно, что думает Грин ровно наоборот. — Молодец, Брауни. Плохо только…

— Есть еще кое-что, сэр, — прервала Грина Дженнифер. — Льюис.

— Что с ним? — жестким тоном спросил директор. Судя по всему, пощады ждать не приходилось.