Читаем Змеиные полосы полностью

– Не знаю. Не видел. Наверное, на такси. Она постучала ко мне в трейлер.

– Девушка была одна?

– Естественно! Я же вам все сказал. Просто пришла, купила машину, подписала все бумаги и тут же уехала.

Я видел, что Моралес все больше нервничал, но не мог давить на него, поскольку не понимал причину. Вместо этого я подошел к Рамону и протянул ему фотографию Грейс.

– А ты видел эту девушку?

Парень помотал головой.

– Полиция меня уже спрашивала. В тот день я ушел в четыре часа, мистер Моралес отпустил меня, потому что у меня болела голова.

– Все верно, – кивнул хозяин. – Девушка пришла позже. Ближе к пяти.

Я не знал, о чем еще и спросить, поэтому просто поблагодарил и уехал.

Я вернулся в центр города, нашел кафе при каком-то отеле, где заказал себе поздний завтрак, и стал размышлять. Пока что я не сильно продвинулся в своем расследовании. Грейс прилетает, видимо, ждет открытия банков, снимает деньги со счета, потом покупает машину и двигает на юг. Я открыл атлас автомобильных дорог и отыскал то место после поворота на Лос-Лунас на трассе 25, где ее остановил офицер Олаффсон. Не слишком далеко от Альбукерке, ехать примерно минут сорок на средней скорости и вдвое быстрее, если гнать во всю мощь. Что-то не сходилось.

Я еще раз перечитал свои записи. Грейс прилетела ночным рейсом в час ночи. А в трейд-ине Моралеса, согласно его показаниям, подкрепленными свидетельством Рамона, она появилась около пяти вечера. Помощник шерифа Олаффсон остановил ее машину на шоссе в шесть часов семь минут.

Из всего этого я мог сделать два вывода. Первый заключался в том, что было совершенно неясно, где Грейс провела практически целый день. Даже если предположить, что она ночью отправилась в мотель и спала до полудня, почему она явилась покупать машину только к пяти вечера. Конечно, можно опять же предположить, что она провела некоторое время, приобретая вещи в дорогу, но, пожалуй, Альбукерке – не то место, где женщина может посвятить этому занятию пять часов.

Второй был еще интереснее. С учетом выбора машины и заполнения всех бумаг, ехала Грейс затем явно не спеша. Да и, если бы она неслась на полной скорости из Альбукерке, ее остановили бы гораздо раньше, еще в округе Берналилло24, не дав въехать в Валенсию. Значит, ей зачем-то нужно было привлечь внимание полицейского именно на этом отрезке пути, чтобы сохранился рапорт, на случай, если ее будут разыскивать. Возможно, она заметила машину помощника шерифа на обочине или на дороге и намерено дала по газам. Для уверенности я бы расспросил офицера Олаффсона лично, но сейчас мне было важнее проверить мою теорию.

Поэтому я расплатился за завтрак и поехал на юг, следуя по пути Грейс.

Я старался не превышать скорость выше сорока миль, чтобы соответствовать графику поездки от трейд-ина до встречи с помощником шерифа. Действительно, примерно минут через сорок я проехал поворот на Лос-Лунас. Тогда я съехал на обочину и задумался.

Вся эта история с самого начала была дымовой завесой. Зачем надо лететь в Нью-Мексико, чтобы сбежать в Мексику? Даже я сегодня с утра размышлял о том, как неплохо было бы съездить в Сонору на автомобиле. Если бы Грейс хотела сбежать в другую страну, она могла бы просто сесть в свой «Шеви-Корветт», доехать до границы, продать машину или поменять на другую, а дальше ехать хоть в Чиуауа, хоть куда угодно.

На самом деле, с ней произошло нечто совсем другое, пока никому неизвестное, что девушка постаралась скрыть. Как оказалось, это было совсем несложно. Достаточно было дать себя задержать первому попавшему офицеру на трассе, ведущей к мексиканской границе, чтобы никто больше не стал задавать вопросов. Естественно, что дальше до самого Эль-Пасо или любого другого приграничного городка о ней больше не было ни слуху ни духу. Я был на сто процентов уверен, что нет никакого смысла следовать по этому пути, показывать людям фотографии Грейс Крупник. И уж точно она не поехала ни в какую Мексику.

Я посмотрел на карту. Через двадцать миль на трассе 25 был указан поворот направо, в сторону запада. Я решил положиться на удачу и свернул туда.

Попрыгав некоторое время по пыльной грунтовой дороге, едва попадая в колею и уже успев пожалеть, что не принял предложение Гектора Моралеса, я увидел заправку, небольшой гараж и двухэтажный домишко с плоской крышей. Именно это мне было и нужно.

Из гаража вышел старик. Он достаточно хорошо говорил по-английски, чтобы понять, что мне нужен бензин, вода, а также осмотр днища автомобиля. Оказалось, никаких особых повреждений дорога ему не нанесла. Тогда я показал владельцу заправки фотографию Грейс.

– Sí, señor, – кивнул он. – Esta signorita pasó la noche el mes pasado25.

Хоть я и прожил всю жизнь в Лос-Анджелесе и встречался почти два года с Габриэлой, испанский не был моим сильным местом. Я понимал отдельные слова, но не более того.

– Хаблас инглес? – спросил я старика. – Ио сой детективе привадо26. Меня зовут Дуглас Стин. Я разыскиваю эту девушку по просьбе ее жениха. Он очень беспокоится, что с ней случилось.