— Ты унизил меня, — она слышала его и перестала драться. Он отпустил ее руки, на которых остались синяки — так сильно он ее держал. Расплакалась и закрыла ладонями лицо.

— Это был твой выбор. Извини, но дамы твоего круга обычно не посещают подобные места. И было бы странно, если бы я обращался к тебе иначе, чем к местным обитательницам публичного дома

Джон сам едва держался. Он дрожащей рукой завел мотор и повез Натали домой.

— Я ждал тебя. Весь вечер ждал. Но ты предпочла в таком наряде щеголять перед отъявленными преступниками.

— Ты не очень-то далеко ушел от них! — прокричала Натали, пытаясь унять слезы. Получалось плохо.

— Спасибо за твое мнение обо мне. Я сейчас отвезу тебя домой и не побеспокою. Живи, как хочешь! Продолжай приносить себя в жертву своим родственникам и идеалам. Ты увидела часть моего мира, который я от тебя не скрывал, но хотел уберечь от него. Ты знала, что я за человек, и все равно продолжала жить в иллюзиях, что меня можно изменить. А мне нужна женщина, которая будет ценить меня при любой обстановке. Ты не такая, Натали. Я устал что-то доказывать, оправдываться, объяснять. Я все равно буду в нашей связке плохим, а ты идеальной. Не хочешь принимать меня, не надо. Пожалуйста, перестань мучить нас обоих.

Натали поняла, что это конец. Как можно было одинаково сильно любить и ненавидеть этого человека?

— Проклятье, — у него потекла кровь из разбитой ею нижней губы. Он случайно задел ее зубами снова.

Натали инстинктивно достала платок из сумочки и потянулась к нему, чтобы вытереть, но он резко отпрянул и оттолкнул ее руку, не желая ее прикосновений.

До чего она его довела. Он не знал, сможет ли когда-нибудь ее простить.

Вот сейчас ему нужна была передышка.

К черту Натали! К черту этот долбаный город и всех, кому он пытался угодить! Завтра же уедет в Лос-Анджелес и будет жить с теми, кому он действительно нужен.

— Ты знал, кто похитил Мишель, но ничего не сказал. Ты вообще не рассказываешь ничего о себе, мне приходится самой ввязываться во все, чтобы…

— Чтобы что? Натали, чем больше ты узнаешь меня, тем более вызываю у тебя отторжение. И вопрос — не будь Алекс эгоистичным идиотом, думающим только о себе и мести, полезла бы в этот притон? Ради меня? Чтобы посмотреть какой я на самом деле?

Натали хотелось кричать, что это не он, что он не такой и ему нужно выбраться из этого дерьма. Но упорно молчала, потому что Джон до такой степени взбешен, что любое слово для него как спичка возле бензина.

— Так я и думал. Не нахожусь на пьедестале тех, ради кого ты умрешь, — горько рассмеялся он. — Но ты же не думаешь, что из-за этой выходки у меня могут быть проблемы? Не переживай, со мной ничего не случится. Переживу.

Он резко затормозил возле ее дома.

— Выходи, — приказал он.

— Джон, я…

— Проваливай, я сказал, — открыл дверь изнутри с ее стороны. Натали на негнущихся ногах вышла из машины. Джон даже не дождался, пока она захлопнет дверь, с визгом шин тронул машину с места.

Глава 27

Раньше Натали казалась себе недочеловеком из-за проблем с психикой и невозможности проявлять эмоции к мужчинам. Теперь к этому прибавилось разбитое сердце. В принципе, это все, чего она добилась к тридцати годам.

Джон не звонил ей больше, не писал, а все сообщения от нее до него не доходили. Она была в черном списке. Просто взял и легко вычеркнул ее из своей темной жизни. Он удалил все их совместные фотографии и умудрился загрузить новые с какой-то очередной златовласой богиней-моделью. У него все хорошо, живет в Лос-Анджелесе в окружении своей семьи и прекрасно проводит время.

Вот только с Натали ни черта хорошего не случилось. Она долго размышляла о той странной ночи в подпольном казино-борделе. Ее тело откликалось даже на грубые ласки Джона, граничащие с насилием. Она была готова принять его любую ипостась, возможно даже когда он был низкого мнения о ней, заняться сексом казалось легче, чем когда он за ней ухаживал и относился бережно и нежно.

На фоне этого стресса конечно она обратилась к психотерапевту, консультировалась и сделала вывод — она боится, что Джон узнает о ее грязном прошлом. Что он разочаруется. Но не могла перейти на более глубокие отношения, потому что считала неправильным не рассказать ему.

Той ночью в казино он уже был разочарован в ней. Поэтому тело так легко откликнулось. Она как будто сняла с себя ответственность.

Психотерапевт рекомендовал рассказать все Джону, помириться с ним. Но как?

Да и правильно ли это, если он — преступник, мафиози с большим послужным списком. Что если ее опять что-то шокирует в его жизни?

Нужно было договориться с самой собой, чего она на самом деле хочет.

Джон — единственный, о ком она мечтала и плакала ночами. В какой-то момент дошла до отчаяния и уже полностью была готова все бросить. Почему она не сказала “да” тогда у алтаря.

Ни Алекс, ни Мишель не могли связаться с Джоном — он также оборвал контакты и с ними. Через Лиззи позвонить было бы слишком унизительно. Особенно после очередных фотографий с новой пассией, которая подходила ему куда больше, чем она.