— Джон, это слишком. Я не могу. У меня внутри словно бомбу взорвали.

Он понял, что проиграл.

Глава 23

Они встретились на следующий день на венчании Алекса и Мишель.

Закрытая церемония состоялась в католической церкви для узкого круга лиц при свете свечей и в сопровождении струнного оркестра.

Алекс и Мишель исполнили угрозу и назначили Джона свидетелем.

Натали шла к алтарю по дорожке, усыпанной цветами, в белоснежном платье и не видела никого, кроме него. Обычно улыбающийся при виде нее, сейчас стоял мрачный, хмурый, но взгляда не избегал. Словно пытался разобраться во всем. И призвать ее к здравомыслию.

Когда она встала у алтаря, следом по проходу пошла Мишель в свадебном кружевном платье с длинным шлейфом. Платье обтягивало ее как фарфоровую статуэтку, расширяясь к низу сохраняя силуэт русалки. Красивее невесты Натали никогда не видела. Ее черные волосы, упорядоченные в крупные локоны, отражали сияние свечей. Алекс спустился ей на встречу и помог встать на ступеньки. Он не переставал улыбаться всю церемонию, а в конце своей клятвы проговорил: “Наконец-то моя” под аплодисменты окружающих. Обменявшись кольцами с Мишель, Алекс прижал ее к себе и нежно поцеловал. Невеста отдала букет Натали, отказавшись его бросать.

— Теперь твоя очередь, дорогая, — прошептала она, целуя в щеку подругу. Натали пожелала ей счастья и почти не могла сдержать слез. Наконец-то эти двое вместе и узаконили свои отношения. Впереди, возможно, у них очень насыщенная жизнь, зная характеры обоих, но длинная и счастливая, без сомнения.

— Пойдем? — позвал ее Джон, предложив руку. Ей очень хотелось вычеркнуть вчерашний день из жизни. Забыть обо всем. И вернуть все свои слова обратно. Она ведь тоже его любила, только не успела сказать об этом.

— Да, конечно, — она старалась сохранять спокойствие. Но незаметно вдыхала его мужской древесный запах, чтобы навсегда запечатлеть в памяти.

— Если вернуться к нашему вчерашнему разговору, — напомнил некстати Джон. — Эти двое очень счастливы. А ведь он мог воспитывать чужую дочь, и из-за своего благородства и упрямства до сих пор жить с Элизабет. Подумай об этом, когда снова решишь меня обвинять во всех грехах.

Он безусловно прав, как всегда. Но ее до сих пор накрывала гневом история с Кьярой.

— Ты прекрасно выглядишь. Тебе идет белый, — сделал комплимент Джон, не давая собраться с мыслями. — Поедешь в Хэмптонс сейчас или завтра утром?

Из церкви все ушли поздравлять жениха и невесту, а они словно остались в тихом безмолвии, где никого, кроме них не существовало.

— Призраки, — Натали покачала головой. Джон сразу понял, о чем она. Ни за что не останется ночевать у Конте.

— Тогда позволь отвезти тебя. Завтра, скажем, в семь утра заеду за тобой?

— Джон, я…

— Натали, я не могу тебя отпустить. Прости. Можешь держать меня на расстоянии, злиться на меня, если тебе угодно, но…

— Кх-м, молодые люди, вы видимо пришли обвенчаться?

Их прервал священник.

Натали в белом платье с букетом невесты и Джон в смокинге действительно очень походили на молодоженов.

— Нет, что в… — смутилась Натали.

— Да, давай обвенчаемся, — предложил Джон. — Может так ты поймешь, что нужна мне?

— Джон, ты шутишь! — она в ужасе закрыла рот ладонью.

— Нет, с чего бы мне шутить? Буду старомодным. Вначале женюсь, потом ты переедешь ко мне, а уж потом брачная ночь, когда будешь готова, — Джон это говорил абсолютно серьезно, вызывав у Натали целый мириад ощущений.

— Это правильно и так велит Господь, сын мой, — падре поддержал идею Джона с большим энтузиазмом.

— Видишь, Господь велит, — поучительно сказал Джон, взмахнув бровями.

Этот змей-искуситель, дьявол в человеческом обличье, разворотивший ее устоявшуюся жизнь, внимал словам Господа.

— Ты будешь моей женой, и больше не будешь сомневаться, зачем ты мне нужна, — продолжил уговаривать он.

— Джон, я не выйду замуж без согласия и благословения моей семьи.

— Это мудрое решение, дочь моя, — и здесь священник вставил веское слово. — Но Господь не запрещает получить его позже.

— Уверен, найду общий язык с бабушкой Катариной, — пообещал Джон.

— Ну, нет. Падре, он не познакомил меня со своими дочерями, — запротестовала Натали.

— А ты этого правда хочешь? — в голосе Джона прозвучала такая надежда, что Натали не смогла бы ее разрушить ни при каких обстоятельствах, как бы она на него не злилась.

— Да, хочу. Но это не значит, что я простила тебя и готова продолжать отношения. Можешь заехать завтра за мной в пять — я ведь подружка, мне нужно собраться и подготовиться заранее вместе с другими. Больше ничего не могу тебе обещать. До дома доеду сама.

Натали уходила, покачивая бедрами, из церкви по широкому проходу, а Джон все не мог оторвать взгляд от нее.

— Потрясающая женщина, — восхитился Джон, стоя возле священника. — Падре, а если мы запланируем свадьбу, скажем, в Италии, вы приедете нас обвенчать?

— Чего не сделаешь ради воссоединения любящих сердец и пожертвований в наш благословенный приход.

— Вы лучший, отец Грегори.

* * *

Джон не только заехал за ней в пять утра, но еще и поднялся, чтобы ее разбудить.