Кьяра, очаровательная, искренняя и обаятельная, и Натали в другой ситуации обрадовалась бы такому знакомству и обязательно пообщалась с ней. Но сейчас все в одной куче — любовница, с которой знакомят и которой рассказывают о тебе, сестра, о существовании которой она даже не знала. И мужчина, которого она безумно ревновала, а он себя чувствовал как рыба в воде в рассаднике с очень красивыми женщинами. Все знали его лучше, чем она. Это невыносимо ранило.

— Извините, я попозже подойду. Невеста просила меня о помощи, — Натали придумала первый попавшийся предлог, чтобы раствориться и покинуть это место. На выходе из пентхауса ее поймал Алекс. Не стал расспрашивать, дал ей ключи от своей машины и попросил беречь себя. Натали обняла Алекса и поблагодарила за помощь. Хоть кто-то всегда был на ее стороне.

Глава 22

Как ехала, не помнила. Из-за слез картинка размывалась. В конце концов остановилась, чтобы прийти в себя и не заплакать дорогое платье. Нашла у Алекса салфетки, вытерла слезы, смотря на себя в зеркале заднего вида. Ужасный день. Вечно после кошмаров не собранная, размазня, не способная постоять за себя и любимого.

В сумке телефон разрывался от звонков. Конечно, от Джона. Она была не в состоянии с ним разговаривать. Но он умудрялся еще и сообщениями ее закидать.

“Ты где?”

“Что произошло”

“Почему ты не берешь трубку?”

“Натали!”

И даже одно голосовое: “Натали, мать твою, возьми трубку”

Он правда переживал. Это немного удивило и успокоило. Возможно, Джон просто не знал, как строятся отношения, и что может обижать близких людей. Поэтому рассказывал своей любовнице о ней.

— Алло, — проговорила она в трубку, когда он в очередной раз позвонил.

— Натали, слава богу ты жива. Где ты?

— А что, мне нужно было с крыши броситься? — съязвила Натали.

— Поезжай домой, я сейчас буду там, — попросил он, тяжело вздохнув.

— А где мой дом, Джон?

— Там, где ты захочешь, Натали. Но сейчас я прошу вернуться в нашу квартиру.

Неплохая попытка.

— Забери меня. Я не доеду.

Отправила геопозицию и принялась ждать.

Джон появился на своем “Бугатти” буквально через пять минут. Нарушил все возможные правила, перекрыл дорогу под клаксоны водителей. Натали вышла сама, не провоцируя больший коллапс в и того перегруженном Манхэттене. Сев на пассажирское сиденье, Натали не сказала ни слова и даже не смотрела в сторону Джона.

Однако то, что он находился рядом придавало сил и значительно успокаивало. Плакать точно не хотелось.

— С ума сошла, — проворчал Джон все-таки, остановившись на светофоре у перекрестка.

— Ненавижу людей, — попыталась оправдаться Натали.

— Я заметил, — Джон хотел поймать ее ладонь, но она одернула руку. Так. Он в чем-то провинился. Интересно. В полном молчании добрались до дома, поднялись в лифте и зашли в квартиру.

Он в гостиной сорвал с себя пиджак и бросил на кресло.

— Может поделишься, что там в твоей голове происходит?

Натали обхватила себя руками и пошла в кабинет.

Внезапно захотелось посмотреть на его дочь. Оправдать его цинизм болезненным прошлым. На огромном книжном стеллаже во всю стену стояли не только книги, но фотографии и различные памятные вещи с путешествий. Обратила внимание еще вчера, но совсем не было времени изучить.

На одной из фотографий явно его мама — женщина с улыбкой в точности, как у Джона, нежно обнимающая белокурого ангелочка. Здесь Мелани не больше полутора лет. На этом фото наверняка только начала ходить.

Поискала глазами еще — бинго. Фотография Кьяры. Роскошная девушка в кресле на какой-то веранде, заискивала глазами с фотографом и посылала воздушный поцелуй.

— Ты кого-то ищешь? — скучающе поинтересовался Джон.

— Уже нашла. А кто эта девочка? У тебя еще одна дочь? — Натали обратила внимание на фотографию рядом. Девочка лет семи-восьми, тоже со светлыми длинными волосами, но в более золотом оттенке, обнималась с Мелани и Джоном. Втроем выглядели вполне счастливо.

— Не совсем.

— Как это? — Натали обернулась. Джон не очень-то готов рассказывать. Скрестил руки на груди, ожидая объяснения ее поведению. Ну, нет. Дудки. Он и так слишком много скелетов ее знает, и совсем не рассказывает о себе.

— Скажем так, приемная.

— Оу. И как ее зовут?

Джон молчал.

Натали сочла это еще более подозрительным.

— Джон, она жива и здорова, фото сделано не так давно. Как ее зовут?

— Вот он побочный эффект того, что твоя женщина — бывший охотник за маньяками. Все разузнает и вытащит наружу.

— Джон! Мне не до шуток сейчас. Ты видишь в каком я состоянии. Я ведь и убить могу, — пригрозила Натали. Джон потом много раз вспоминал ее, эдакую богиню Немезиду, спустившуюся к нему. Волосы растрепались, платье обворожительно подчеркивало ее фигуру. Пока эта прекрасная женщина угрожала ему расправой, он мечтал лишь целовать ее и любить до тех пор, пока она не забудет обо всем.

— Дейдре. Ее зовут Дейдре.

В Натали словно нож вонзили. В самое сердце. И еще прокрутили.

Она снова взглянула на фото. Сомнений нет. Точная копия Элизабет.

— Да что ты за человек такой?