Читаем Жить в России полностью

В нашем духе признать миллионы людей невинно осужденными, но не сделать очевидного следующего шага: признать сам факт массового осуждения невинных людей преступлением и признать преступниками людей, осуществлявших данную практику. Дурное всегда находит у нас множество добровольных заступников. Основные аргументы хорошо известны и отработаны. «От неведения» — обсуждая очень простую вещь, собеседник вдруг переводит разговор в «философский план»: а что такое зло вообще? Откуда мы знаем? «От смирения» — осуждать нельзя; все мы грешные, нам ли судить? «От необходимости» — «это (было) необходимо», «а что еще (было) делать?». От неполноты, неабсолютности данного зла — взвешивание доли «добра» и «худа» в обсуждаемом явлении. Главными словами здесь становятся два союза — «зато» и «но при этом». Да, Сталин уничтожал миллионы, зато он построил индустрию (или: но при этом он выиграл войну). От невозможности хорошего вообще. Здесь главные слова — «еще хуже» или «не лучше». Конечно, при «железном занавесе» было плохо, но теперь, во времена либеральной коррупции, еще хуже (или не лучше). Речь при этом идет о вещах слишком очевидных, таких как уничтожение людей без суда или присвоение того, что тебе не принадлежит.

В Перми произошло рекордное ограбление: инкассатор Александр Шурман заставил коллег отдать ему четыре мешка с 250 миллионами рублей. Социологическое агентство «Свои», опросив пермяков, выяснило, что 58% пермяков не стали бы сообщать о беглом инкассаторе в органы. Посодействовали бы милиции 42%, причем 14% сделали бы это только за вознаграждение, 54% опрошенных заявили, что не сдали бы Александра Шурмана ни за какие деньги. Как пишет «Комсомольская правда», после того как стало известно, что Александр Шурман во время перевозки денег похитил гигантскую сумму, тысячи людей поставили в аське статус «Беги, Шурман, беги».

Это наше качество чаще всего проходит по статье душевность — умение понять, простить и оправдать любого. Действительно, полное и безусловное прощение другого человека является специфически русской способностью, непонятной и недоступной для западного менталитета. Если же называть вещи своими словами — речь идет об отсутствии нравственности.

Википедия: Нравственность — есть внутренняя установка индивида действовать согласно своей совести и свободной воле — в отличие от морали, которая является внешним требованием к поведению индивида, наряду с законом. Именно с нравственностью связано различение добра и зла.

Нравственный человек кажется нам бездушно-рациональным. Он не входит в положение, не делает исключений, для него нельзя означает нельзя, добро — это добро, зло — это зло; черта между ними проведена со всей определенностью, переходов из одной области в другую не предполагается. А русский человек найдет способ обойти любое правило или запрет, он «душевный». Наш родной большевизм — апофеоз безнравственности, советский человек обязан был следовать исключительно линии партии, полностью отключив внутренние представления о добре и зле. Отсутствие нравственности и было объявлено главной ценностью и высшим достижением.

Том Парфитт: Россия — удивительное место. Тебе запросто могут сказать: «Обязательно прочитай эту книгу. Автор — страшный антисемит, но книга отличная».

Александр Прохоров: Русский — это тот, кто может быть в одну эпоху Стахановым или Корчагиным, а в другую эпоху — Чичиковым или бомжом. Тот, чей боеприпас характера позволяет ему быть в зависимости от ситуации и тем и другим, и есть настоящий русский. Как сказал об этом Лесков, «мы, русские, как кошки, — куда нас ни брось, нигде мордой в грязь не ударим, а прямо на лапки станем, — где что уместно, так себя там и покажем: умирать — так умирать, красть — так красть».

Геннадий Гладков: Гениальная русская поговорка «бабушка сказала надвое». Бабушка — наш великий философ-диалектик, которая знает и плюсы и минусы. Курить — это плохо для здоровья, но иногда курение успокаивает. Выпивать — плохо, но иногда нужно снимать напряжение.

Не научившись различать добро и зло, трудно ориентироваться в жизни.