Читаем Земное время полностью

Над плавною, над прихотливою ложбиной,Где дружат дома — сколько их собралось! —Где воздух задумался, весь голубиный,Задремывающий, просохший насквозь,Где перелетают все выше и вышеБалконов развернутые веера,И слышишь — гортанно беседуют крышиИ их раздвигает, воркуя, Кура,Где город позванивает наковальнейИ молит, чтоб горы его сберегли,А горы встают округленней, овальней,Как вздохи и выдохи тихой земли, —Я тысячу лет простоял бы, не споря,В одежде дорожной, не молод, не стар,Над складками этого тесного моря,Над волнами зданий, над вспышками фар,Чтоб зори накапливались и ржавели,И сердце молчало б, и слышал бы я —На звучный, как скрипка, проспект РуставелиВыходят стихами меняться друзья.

2. Проспект

Он распластан тающим лучом.Сети звезд в бумажный сон акацияВпутались. Заботы совлечем,С юностью пойдем перекликатьсяИ задумаемся. Но о чем?Так пахуч, так сытен, изобиленВоздуха благотворящий сок.Из каких невидимых давиленЖелобами мрака он притек?Я закупорить его бессиленВ стих, словно в надломанный сосуд.К этой ночи мы пришли на судИ оправданы без опозданий.Сизые карнизы серых зданий,Будто губы, грудь небес сосут.О, я знаю, ежели на светеСохранилось счастье про запас,То оно раскладывало этиУлицы, словно ковры, для нас.И оно балконы застеклило…Или сам я, вдруг прозрев от мглы,Вижу — горы дремлю крутокрыло,Будто утомленные орлы.Жизнь, ты напрямик заговорила,Полновластием своих щедрот,Как цветы, как звезды откровенна,Как любовь, настигшая мгновенно,Иль украшенный улыбкой рот.Мы скользим, как по скрипичной деке,По проспекта высохшей коре.Я в долгу у Грузии. Навеки…Мы сойдем к щебечущей Куре.

3. «Что любовь? — Пускай воображенье…»

Что любовь? — Пускай воображенье,Но она мне направляла внизГлаз моих несытое круженьеВ угнездившийся у ног Тифлис.И она тревожилась, гадая,У какого именно мостаТам Кура смеялась молодая,У небес заимствуя цвета.И, пройдясь по всей клавиатуреЗданий, отозвавшихся сполна,Тишины сестра, подруга бури,Об одном заботилась она:Чтоб из всех знакомых раньше ГрузийЯ бы захватил в просторный путьТу, что этот день мне в сердце грузит,Ту, что вдруг мне расщепила грудь.Так легко, как входит в тело пуля, —Чтоб я помнил эту смерть потом,В нашем робком небе карауляПамять о потоке золотом.

4. Могила Важа Пшавелы

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия