— Ты имеешь ввиду, что у тебя две недели. От меня мало проку, когда до этого доходит.
Уила фыркнула.
– Верно. Как будто я могла бы обойтись без тебя. А теперь иди.
—Увидимся утром, — он улыбнулся, развернулся и пошел.
Уила наблюдала за ним, пока Ронни не исчез во тьме, а потом похлопала рукой по своей ноге.
– Иди сюда, здоровяк.
Лобо выскочил из своего укрытия, в кусте рядом с домом, виляя хвостом. Уила опустилась на колени, положила свой дробовик на землю и обняла его за толстую шею, пока он облизывал ей лицо.
– Спасибо, что прикрыл меня, приятель.
Лобо радостно крутился на месте и продолжал восторженно лизать лицо женщины. Уила взъерошила его густой мех, а затем взяла морду в свои руки, чтобы посмотреть в глаза животного. Он был прекрасен. С густым, пушистым мехом, Лобо был большим для обычного серого волка. Шириной в груди в тридцать два дюйма, от кончика носа до хвоста диной более семи футов и весом почти сто пятьдесят фунтов.
Он был самой большой любовью ее жизни. Уила нашла Лобо щенком, когда его мать застрелили и оставили гнить. Лобо был единственным из трех щенков, кто выжил. Когда она нашла его, он был таким маленьким и все еще слепым. Уила забрала его домой, и с того дня, почти пять лет назад, они были неразлучны.
Это был факт, который ненавидел ее бывший муж. От воспоминания о Клее ее настроение испортилось. Лобо заскулил и она снова его обняла.
– Все в порядке, здоровяк. Он больше не будет нас беспокоить. А теперь беги. Будь осторожен, слышишь?
Лобо пронзительно залаял и убежал в темноту. Уила улыбнулась, подняла свой дробовик и пошла в дом. Она оставила на крыльце свет, на тот случай, если полиция все-таки приедет, и ружье у двери на случай, если Карл решит нанести еще один визит. Хотя он не блистал умом, но был твердолобым, да и день был долгим.
Сасси, одна из ее домашних черноногих хорьков, встретила женщину у двери, сидя на корточках и Уила бы поклялась – с вопросом на своей мордочке.
— Лучше быть в безопасности, чем сожалеть, — сказала Уила и махнула рукой в сторону оружия.
Сасси махнула головой, как бы соглашаясь, и убежала. Уила наблюдала за тем, как та пробежала по коридору и исчезла за дверями прачечной. Она улыбнулась от вида этого зрелища и отправилась на кухню. Если повезет, то у нее сегодня больше не будет нежелательных посетителей. Женщина почти пожалела, что позвонила в полицию. Уила избавилась от Карла и не думала, что тот вернется. По крайней мере, не сегодня. Если бы она не позвонила в полицию, то могла бы принять душ и лечь спать.
Но Уила это сделала и поэтому ждала. Казалось, что она так и провела свою жизнь. Работа и ожидание.
Уила просто хотела знать, чего она ждала.
Глава 2.
Зебедия Чилдресс резко повернул в сторону, чтобы не сбить рысь, которая бросилась через дорогу. Его колесо съехало со старой грунтовой дороги, поднимая облако пыли и камней. Проклятые старые дороги. В округе Колдер ничего не изменилось. То же, что и всегда.
Он никогда не планировал возвращаться в округ Колдер и не был бы здесь и сейчас, если бы рейнджеры не перевели его из полевого штаба Эль-Пасо. Зеб входил в состав специальной группы, работавшей совместно с УБН (прим.пер.: управление по борьбе с наркотиками) в связи с незаконным ввозом наркотиков в страну внутри крупного рогатого скота.
Зеб косил под ковбоя-от-которого-отвернулась-удача, и который согласился везти скот из Мексики в страну. Но когда в Мексике скот загружали в грузовик, дело провалилось, потому что один из агентов УБН напортачил и опознал его как рейнджера Чилдресса.
Это вывело картель на след Зеба и с тех пор было уже два покушения на его жизнь. Что доставило рейнджеру несколько недель внутреннего расследования после того, как он убил двух киллеров. Зеб был оправдан и убийства были оправданы, но командование решило, что он был слишком бойким и должен остыть какое-то время, где—то от шести месяцев до года.
Зеб был очень этим недоволен, особенно с тех пор, как его партнер по операции, Кейд Лоусон, не был сослан в вместе с ним в глубины Техаса. Но потому, что прикрытие Кейда не было раскрыто, он не мог ему что-то предъявлять. Зеб долго и упорно спорил против временного перевода, но, в конце концов, проиграл. Это был округ Колдер или его значок.
Ну, и вот, он был здесь, в округе, откуда сбежал в восемнадцать лет. Дерьмовое положение. Когда Зеб оставил Колдер позади в облаке пыли, то поклялся никогда не возвращаться. Не то, чтобы это было важно после двух десятилетий. Скорее всего, ребята, с которыми он столкнулся и попал в беду в подростковом возрасте, либо давно уехали, либо мертвы. Тому, что некоторые из них тогда вернулись, он не удивился, обнаружив, что последнее было правдой.
Зеб притормозил, увидев почтовый ящик у грунтовой дороги. Имя, написанное сколотой краской на ящике, читалось как «Хейл». Как будто он этого не знал без почтового ящика. Ничего не изменилось за двадцать лет. Наверное, он найдет дорогу туда с завязанными глазами.