Читаем Зарождение полностью

— Не-а, — ответил он наконец, накручивая крышку обратно на опустошенную наполовину бутыль. — Формально — все по закону. Мои действия не нарушают ничьих прав, поскольку я являюсь временным хозяином и офиса, и крыши над ним, не угрожаю ничьей жизни, ведь кроме нас с тобой никого здесь нет, мы не скрываем своих лиц, нарушая закон о нечинении помех правоохранительным органам в поддержании и установлении порядка, ни в каких соревнованиях мы не участвуем и де юре наш проект — всего лишь видеоряд к музыке, произведение искусства, не содержащий никакого прямого призыва или пропаганды аналогичных действий. Они же не арестовывают воздушных гимнастов в цирках, верно? И никаких черных ресурсов, никакого Shade — только официальные площадки.

Инна присела — стоять возле края ей было не по себе.

— Ясно. Ты уже все продумал и ко всему подготовился... Но резонанс, я думаю, будет бешеный.

— Я надеюсь, — улыбнулся Рэм. — Смотри, большую часть ролика я уже отснял, финалочку я тоже сделаю сам. Сейчас наша задача — сделать дуэт. Поняла?

Инна кивнула.

— Поняла.

— Сначала репетируем эпизод встречи. Иди сюда.

Инка с готовностью встала напротив.

— Смотри, сначала ты вот так подходишь ко мне и поворачиваешься спиной. Потом как бы скользишь по моему телу вбок и мы уже спина к спине, вот так. Поняла?

Инна кивнула.

— Поехали.

Инна двинулась к Рэму, но он тут же замахал руками.

— Нет, так не годится. Ты же женщина, а не лошадь с испанским шагом. Больше секса, пластики!

— Поняла, — кивнула Инна и вернулась на исходную.

Через десять секунд Рэм сложился напополам от хохота.

— Инка, ты просто нечто! Прости, но это, блять, не секс и пластика, это — пьяная каракатица!

— Ну знаешь, у меня ноги не под танцы заточены! — обиженно воскликнула Инна.

— Я бы поверил, если бы у твоей конструкции пары суставов не хватало, — ржал Рэм.

— Прибью, если будешь издеваться, — мрачно проговорила Инна, возвращаясь на исходную.

Она прошлась еще раз.

— Плохо, — покачал головой Рэм. — Идешь, будто на тебе сраный подгузник.

— Ты же говорил — сексуальней! — огрызнулась Инна.

— Секс не подразумевает невидимую лошадь между твоих колен, — заметил Рэм. — Ладно, оставим это. Попробуй идти ко мне, будто собираешься со мной сражаться. Но не на ринге боев без правил, а скажем, на шпагах. Вызов, дерзость, готовность к дуэли, электричество. Представляешь?

— Кажется, — неуверенно откликнулась Инна.

— Давай попробуем.

Наконец у нее получилось. Но уже через десять минут Рэм выговаривал Инне, крепко прижимая ее за поясницу к себе:

— Ниже прогибайся! Еще ниже! У тебя ноги металлические, а не балка вместо позвоночника! Нет, это не мостик в спортзале! Потянись к моей руке своим телом, я же все-таки груди твоей касаюсь! Ну или места, где она была природой запланирована...

Инна отпихнула Рэма от себя и отвесила ему злобный подзатыльник.

— Скотина!

— Ладно, согласен, это было подло, — стараясь убрать улыбку, ответил он, потирая шею.

— Я стараюсь, а ты глумишься! — жалобно протестовала Инна.

Рэм, уперев руки в боки, окинул Инку взглядом. Помялся с ноги на ногу.

— Так, давай поменяем тактику. Давай сначала просто потанцуем. Выбирай любую медленную музыку.

— Зачем? — спросила поникшая Инна.

— Ты слишком скована. Тебе нужно расслабиться. Забудь, что мы на крыше, забудь про этого парня у нас над головой, забудь, что это видео будут потом смотреть другие люди — мы ничего не снимаем, и ничего не репетируем. Просто танцуем. Идет?

Она кивнула.

И по мере того, как Инна танцевала, Рэм убеждался все больше, что она просто не создана для танца. Ее движения по определению были лишены той манкости, которую он хотел бы увидеть.

— Мне нужно подумать, — сказал он после, выпуская ее из своих рук. — Мне кажется, я слишком много от тебя требую. Нужно упростить движения, и добавить тебе стремительности, и тогда получится самый выигрышный вариант.

— Я готова, — согласилась Инна, вздыхая. И, помолчав, добавила:

— И знаешь, я очень благодарна тебе за то, что ты делаешь. Для Ника и для меня.

— Прекращай, — строго оборвал ее Рэм. — Мы делаем это вместе.

— Но не в равных долях, — заметила Инка.

— В любом деле, как в танце — кто-то должен быть ведущим, а кто-то ведомым. Иначе получается хрень. Но танцуют-то оба в равной мере. А сейчас давай снова начнем со встречи. Ты подходишь ко мне и встаешь спиной к спине. А потом попробуем новое движение.

Инна послушно встала на позицию.

Дуэт они записывали уже когда светало.

Финал Рэм сделал быстро, со второй попытки. Получилось красиво: как раз сквозь серые тучи на востоке прорвалось голубое небо, и в этот просвет виднелось рассветное солнце.

Он был совершенно вымотан, его майка насквозь пропиталась смесью собственного и Инкиного пота. Девушка тоже едва волочила ноги. Бубня под нос, что устала больше, чем после боя, она без малейшего смущения переодевалась прямо перед ним, брезгливо закидывая мокрую одежду в пакет. Рэм, развалившись в кресле, допивал последнюю бутылку воды из заготовленного запаса.