– Мне нужно покончить с этим.

– С чем?

– С организаторами. Они контролируют мою жизнь.

Я не могла поверить, что он всерьез надеется вызвать у меня жалость.

– Когда придет время, мне придется сделать это снова.

– Что? Убить всех?

– Только охранников и ведущего игры.

– С Софией ты не очень-то торопился, – напомнила я ему.

– Не нужно указывать мне, как выполнять мою работу.

– Работу? Ты устроил настоящую казнь! Прямо на моих глазах!

– Пусть так, – пожал он плечами. – Мне нужно покончить с этим. Выйти из игры, понимаешь?

– Нет. С чего вдруг тебе идти против них?

– Почему бы и нет?

– Ты такой же, как они.

– Очень жаль, что ты так считаешь, – состроил он расстроенную гримасу. – У меня свои мотивы, Ада. И тебя они не касаются.

– Не касаются? Тогда уходи, – указала я ему пальцем на дверь.

В его руке вновь появился пистолет.

– Ты уверена, что выбрала подходящий тон для разговора со мной?

– Хочешь убить меня? Ну давай. Это ты пришел сюда и талдычишь о том, как сильно устал и хочешь спастись от вездесущих организаторов. Меня предстоящая игра никак не касается. Я свое уже отыграла. Сполна отыграла!

Сорвавшись на крик, я грубо ткнула его в грудь. Он кивнул и положил пистолет на стол рядом с диваном.

– Мне не нравится, когда кто-то распоряжается моей жизнью.

Это прозвучало как издевка. Во время игры я не обладала ни одним из существующих в мире прав. Даже самым примитивным – на жизнь. Кому, если не мне, понятно, что он имеет в виду?

– Разве убивать людей – не значит распоряжаться их жизнями? Ты ведь этим занимаешься в свободное время?

– Да и ты далеко не святая, Ада.

– И что? Раз я свихнулась из-за устроенной вами игры и убила семь человек, даже не соображая, что делаю, мы теперь похожи?

– Мне не все равно то, что они делают.

Меня возмутило то, как он отделяет себя от происходящего.

– Они? А ты совсем не при делах?

– Мы все хороши. Я, ты, София…

– Вот только не надо ставить меня в один ряд с тобой и этой полоумной!

– Ты и сама не до конца здорова.

Его неуместная ухмылка почему-то меня развеселила и успокоила. Я взглянула на свои руки, а затем на сидящего рядом парня. Мы погрязли в крови. Это следовало признать.

– Расскажи мне о ней.

– О Софии?

Кажется, его искренне удивила моя просьба.

– Да.

– Здесь ее биография и, скажем так, разработки различных приспособлений.

– Она придумала это все в одиночку?

Я открыла папку и начала читать. Ее садизм проявился еще в школе. Все началось с того, что она напала на одноклассницу, дразнившую ее из-за слишком тонких губ.

– «Изуродовала степлером губы, избила ногами и пригрозила убить», – прочла я вслух.

– Ага. Чуть позже она призналась, что испытала в тот день ни с чем не сравнимое удовольствие.

– Какой кошмар.

– Это лишь начало. Она была умная и сообразительная, а ее больная фантазия не знала границ.

– И поэтому она стала ведущей?

– Просто взгляни на эти разработки, чертежи, планы кабинок, правила игры. Это же поразительно! В изобретении пыток над людьми ей не было равных. Этим они и воспользовались.

– Как?

– Они нашли ее в психиатрической больнице и предложили воплотить одну из ее игр в реальность.

– Кто они такие?

– Слышала когда-нибудь о тотализаторах?

– Конечно.

– Если я скажу тебе, что есть некие обеспеченные люди, которые изобрели новый вид тотализатора, ты поверишь?

– На нас ставили деньги? – подскочила я на месте.

Он кивнул, пожимая плечами, словно ничего удивительного в этом нет. У меня по щекам потекли слезы.

– Твоя победа вывела их из себя.

– Почему?

– Никто не поставил на Маньяка.

– Какая жалость!

– Именно поэтому важно прекратить то, что они делают.

– И как это сделать?

Он пристально посмотрел на меня, его взгляд стал по-настоящему сочувствующим.

– Когда придет время, тебе придется отправиться прямиком в ловушку.

<p>9 глава</p>

Как только в комнату возвращается детектив, все начинается по новой.

– Нам нужна хоть какая-нибудь зацепка.

Несмотря на очевидный профессионализм и довольно устойчивую психику, его голос выдает все накопившееся в нем напряжение и растерянность. Я почти уверена, что близок тот момент, когда он и его горе-коллеги потеряют веру в собственные силы. И тогда они сдадутся, как это сделали все без исключения полицейские, расследовавшие дело до них.

– Ведь не слишком просто добыть электрический стул, да? – интересуется он у Антона, до сих пор пребывающего в смятении после нашего недавнего разговора.

– Уверен, что нет. Это очень даже непросто.

Хорошо, что они заняты разговором, потому что меня, как это всегда бывает, когда речь заходит об электрическом стуле, начинает сильно тошнить. Я тянусь к бутылке с водой, надеясь, что они не попросят рассказать о нем еще раз.

К третьей ночи происходящее стало походить на сон. Я то и дело проваливалась в беспамятство, а когда приходила в себя, находила новый труп. Меня перестал удивлять буквально приросший к руке нож. И я даже не думала о том, чья на этот раз кровь стекает с его острия.

Ставший привычным визг панели оповестил нас об итогах очередной ночи. Присмотревшись, я ощутила уже знакомое чувство приближающейся потери.