Читаем Закрытый сеанс полностью

Через полгода после переезда в другой город мы вернулись в нашу старую квартиру, чтобы забрать остатки вещей. Когда родители уехали повидаться с родственниками, я в одиночестве вошла в квартиру, где уже не пахло нашей семьей. Никакого запаха маминых духов и аромата папиных наглаженных рубашек. Перебирая аккуратно сложенные в шкафу вещи, я не могла поверить, что когда-то носила всю эту одежду. Стоя в комнате, я словно слышала свои отчаянные крики и удары разбивающихся о стены кулаков. Там жил мой несчастный невидимый двойник, навсегда запертый в клетке, сотканной из страданий и слез. Я с присущей мне наивностью надеялась, что обрету свободу, когда выберусь оттуда.

Тут мои мысли прервал дверной звонок. Уверенная, что за дверью кто-то из родителей, я открыла замок и застыла, когда поняла, кто именно передо мной стоит. Словно в замедленной съемке, он поднял голову, чтобы я могла как следует рассмотреть его лицо.

– Приветик, Ада. Давно не виделись.

Его знакомый голос и самоуверенная ухмылка парализовали все тело. Я едва успела открыть рот, когда он втолкнул меня в квартиру и закрыл за собой дверь. Кожей я ощутила холод, исходящий от дверцы шкафа, к которому прижалась спиной.

– Что ты делаешь? – спросила я дрожащим голосом, наблюдая, как он мечется из одной комнаты в другую с пистолетом в руках.

– Всего лишь проверяю, не помешает ли нам кто-нибудь, – беззаботно ответил он. – Ты ведь не станешь глупить, Ада? Я хочу убрать пистолет. Не заставляй меня снова его доставать.

Я быстро кивнула, не в силах оторвать взгляд от щетины на его подбородке. Раньше ее не было.

– Отлично, – заключил он, убирая оружие.

Только тогда до меня дошло, что на нем костюм доставщика пиццы.

– Ты убил курьера?

– А ты правда хочешь это знать?

Не дождавшись моего ответа, он рассмеялся.

– Тебе не кажется, что сейчас не время думать о каком-то курьере?

Внезапно меня охватила злость, что он вот так просто ворвался в мой дом.

– Что тебе нужно?

– Надо поговорить.

– Зачем? Просто сделай то, зачем пришел.

Он бросил на меня такой недовольный взгляд, что я невольно зажмурилась, ожидая, что сейчас все закончится.

– Думаешь, я здесь, чтобы убить тебя?

– Тебя разыскивает полиция, а я единственный свидетель, который может тебя опознать. Конечно, ты хочешь меня убить.

Он провел ладонью по щетине.

– Ах да, симпатичный вышел фоторобот. Но в него нужно внести некоторые коррективы.

После освобождения из заключения во мне появилась тяга к жизни. И я решила, что он не заберет ее у меня сейчас, когда я только свыклась с тем, что мое сердце по-прежнему бьется.

Мы устроились в гостиной, сев по разные стороны дивана.

– Тебе не кажется несправедливым, что только я буду отвечать за произошедшее?

Задавая этот вопрос, он смотрел мне прямо в глаза.

– Ты пришел переубедить меня? Хочешь, чтобы я не указала на тебя пальцем, когда придет время?

Он хитро улыбнулся, а затем подсел ближе.

– А ты стала смелее, да? – Он запустил пальцы в мои волосы. – Впервые увидев тебя в подвале, я подумал, что ты точно не выдержишь и зарежешь сама себя. Но каждую игровую ночь ты выходила из кабины с ножом в руке и делала все, чтобы победить.

– Это была не я.

– Да-да, конечно. Я читал новости. Хорошо придумано. Твой адвокат – настоящий гений. Можешь передать ему мой персональный низкий поклон.

Когда я попыталась дернуть головой, он грубо схватил меня за волосы. Несильно, но я все равно застыла и даже перестала дышать.

– Какой бы смелой ты ни была, Ада, со мной тебе не справиться.

Его дыхание и шепот буквально прожгли мне ухо. Я впилась ногтями в кожу его рук.

– Ты такой же ненормальный, как и София.

Но в ответ он лишь ухмыльнулся и отпустил меня.

– Хочешь секрет, Ада?

– Мне ничего от тебя не нужно.

– Конечно-конечно. И все же… Организаторы уже готовят новую игру. Как тебе такая новость?

Сначала я решила, что он лжет:

– София мертва. Все кончено.

– Все не так просто.

Расстегнув кожаную куртку, он достал оттуда папку, на картонной обложке которой черным маркером было написано лишь одно имя: «София».

Я возненавидела все, что о ней напоминает. Меня выворачивает наизнанку каждый раз, когда мне встречаются люди с ее именем, с таким же ярко-красным цветом волос или с похожими чертами лица. Даже после смерти она продолжает жить в моей голове. Неизвестно, сколько людей успели заразиться ее безумием, пока она дышала с нами одним воздухом.

– Что в ней?

– Знаю, что ты ее ненавидишь, но она не…

– Даже не вздумай это сказать, – прервала я его. – Мне это не нужно.

– Я бы все равно убил ее. Она была не важна.

Я изо всех сил постаралась сделать вид, что меня не уничтожила эта новость. Никто не должен знать, что на самом деле случилось между мной и Софией в конце игры.

– А я важна?

– Таково правило – победитель остается в живых.

– Какой абсурд! У этих людей есть свод правил?

Так и рождаются преступники. Они создают собственные законы и следуют только им. Оставить меня в живых – это не более чем их попытка доказать что-то самим себе.

– Тебе нужно сдаться.

Услышав это, он громко фыркнул.

– Этим мы никому не поможем.

– А ты хочешь кому-то помочь?