Читаем Забытые кости полностью

Похоже, человеком он был довольно назойливым и беспокойным. Если он действительно родился в 1944 году, то сейчас ему семьдесят пять, хотя он вполне мог сойти за пятидесятилетнего. Сьюзен понимала, что городских секретов в мозгу Пеппера должно быть немало, что в его черепе трясут костями множество скелетов. Она заполнила всю необходимую информацию в контактной форме, указала свой личный адрес электронной почты и номер мобильного телефона. Добавила также короткую заметку о том, почему хотела поговорить с ним, намеренно опустив, что работает в полиции. Потом кликнула «Отправить». Последний пост Пеппера на главной странице появился накануне, поэтому она надеялась, что он ответит ей относительно скоро.

Еще раз оглянувшись через плечо, Сьюзен достала из сумочки стопку статей «Перрик уикли», которые распечатала с блога Пеппера в начале недели, и с маркером в руке начала перечитывать каждую статью заново, на этот раз медленнее и внимательнее. Она не знала, что именно ищет, но подозревала, что на страницах есть важная информация, которая прошла мимо ее внимания.

Предчувствие не обмануло; она поняла это сразу, как только добралась до раздела, помеченного звездочками. Как отметил Пеппер, мать и отец Ленни Линкольна умерли. Но в блоге ничего не говорилось о брате Ленни, Милтоне, с которым Ленни играл в прятки в день исчезновения. Вверху страницы Сьюзен сделала пометку: Милтон Линкольн все еще жив / живет в городе? Допросить?

Если Милтон в городе, найти его не составит большого труда. А вот снять показания будет немного сложнее. Если об этом узнают Эд и ФБР, то, скорее всего, ее ждут серьезные неприятности. Встречу с историком – поговорить о старых добрых временах – она могла бы объяснить достаточно легко, но как оправдать разговор с человеком, который – вот так совпадение! – приходится братом мальчику, чьи останки, по всей видимости, нашли парни из «Ар-энд-Джи»?

Если б ее поймали на этом, Эд с полным основанием вкатил бы ей выговор. Шеф вообще вел себя так, будто ее интерес к делу был чем-то вроде демонстрации пренебрежения к нему лично, что было нелепо, поскольку она всего лишь пыталась выполнять свою работу. И неужели он действительно поверил, что она так легко сдастся? Сьюзен даже немного разочаровалась в нем.

Гораздо больше ее огорчало то безразличие по отношению к убитым детям, которое выказывал Эд. Где его чувство долга перед сообществом, в котором он прожил всю свою жизнь? Да, теперь расследованием занималось ФБР, но они не захватили полицию Перрика, как чужаки-викинги. А ведь именно так подавал это сам Эд. Если б шеф попросил работать с ними, они, скорее всего, согласились бы или как минимум держали бы его в курсе происходящего. Но Эд, похоже, хотел, чтобы его полностью отстранили.

Сьюзен старалась быть справедливой, ставя себя на место Эда. Она еще не проработала в полиции и десяти лет и, что вполне естественно, была обуреваема желанием бороться с преступностью. После нескольких десятилетий работы в полиции ее точка зрения может измениться. Может быть, поймав преступника, она испытает не прилив положительных эмоций, а почувствует отвращение к человечеству. Возможно, как и Эд, она достигнет той точки, когда поймет, что с нее хватит.

Как бы ни расстроили ее апатия Эда и его запрет на участие в расследовании, она могла понять, какому стрессу подвергла его своим вмешательством. Когда подчиненные игнорировали приказы и совершали по своей инициативе необдуманные действия и ошибки, это выставляло его в плохом свете. Эд многое сделал для нее. Каким бы апатичным он ни был, все равно должен уйти на пенсию с честью и достоинством, которые заслужил многими годами работы. Чего она совершенно не хотела, так это опозорить его перед сослуживцами и командой ФБР.

Вот почему Сьюзен меньше всего хотела попасться.

Она как раз разлогинивалась, когда на ее телефон пришло сообщение о входящем письме на адрес электронной почты. Письмо было от Пеппера. Его не будет в городе целый день, но позже вечером у него будет немного свободного времени. Если захочется поболтать, он мог бы встретиться с ней, скажем, в кофейне «Кули» в центре около восьми вечера. Если ее устраивает такой вариант, он мог бы позвонить ей, когда будет подъезжать к городу.

Сьюзен не стала тратить время на ответ. Предложение Пеппера ее устраивало.

– Черт, – пробормотала она, едва положив телефон на стол.

Она почти забыла о шоу «Augustine Grifters», которое собиралась посетить после работы, и теперь быстро написала сообщение своей подруге Синди, с которой собиралась в «Луну», и предупредила, что уйдет из бара рано. Сьюзен не думала, что Синди будет хоть в малейшей степени возражать, если ее оставят одну, так как была из тех, кто частенько ходит в кино в одиночестве. Тем более любое сборище состояло наполовину из знакомых, что свидетельствовало не столько об их регулярном посещении баров, сколько о том, каким на самом деле маленьким является город Перрик.