Читаем Взрыв! (СИ) полностью

В сонный морок ворвался высокий отчаянный вой, впился в барабанные перепонки, и сотней острых игл прошил мозг.

Лейв скатился на пол — на противоположной койке метался Лисенок. Нижняя губа закушена, сжатые до побелевших костяшек кулаки мелькают в воздухе, каждая мышца напряжена до предела…

— Тору, их здесь нет! Ты слышишь меня?!

Тело на смятых простынях изгибается под невообразимым углом, плач раненого зверя — кнутом по нервам.

Не стряхнув до конца привидевшийся кошмар, Лейв подползает к койке и сгребает извивающееся тело в охапку:

— Тихо-тихо… ты на корабле, никто тебя не тронет.

Обнять…

Прижать…

Успокоить…

Только бы не услышать опять жуткий крик боли!..

На секунду мелькает мысль: «Мы спали в одной каюте, совсем рядом, и я увидел его сон!»

А что вызвало этот кошмар из глубин подсознания?.. Как думаешь?

Лисенок судорожно всхлипывает, из-под намокших ресниц катится слезинка. Лейв осторожно слизывает соленую влагу:

— Все хорошо… — и тихонько баюкает обмякшее тело.

«Они опоили, отравили тебя, а потом!..»

Раскаленная лава гнева клокочет в груди, ломая ребра, поднимается к горлу, душит.

Нет!

Спокойно.

Ты нашел своего Лиса. Что будешь делать, Лейв нор Хейд?

Когда Лисенок проснулся, он понял, что капитан уже ушел. Матрац, подушка и одеяло лежали на самоочищающемся полу, а постельное белье риконт видимо выбросил в утилизатор.

Ночной кошмар оставил после себя ощущение вязкой мерзости в душе и липкого страха на коже. Еще он помнил появившиеся из ниоткуда руки, вырвавшие его из мутного болота ужаса — они принесли тепло и покой.

Он взглянул на панель интерфейса. Если верить часам его вахта закончилась сорок минут назад.

Дерьмо!

«Ты продрых десять часов без задних лап, с одними передними! И чо, получается — риконт вел корабль в паре с Шанди вместо тебя?»

— Тору, спускайся вниз.

Чертов интерком доведет его до ранней могилы!

«Нет, откуда этот проебонт знает, что я проснулся?!»

Через двадцать минут, с влажными после душа волосами, в съехавшем на одно плечо свитере Лисенок выскочил из лифта на верхнюю площадку лестницы. Насмешливо улыбаясь, капитан ждал его у подножия. Шанди, мгновенно отложив в сторону свой блокнот, уставилась на Лиса понимающим взглядом. Эйя подмигнула, Финн только приветственно кивнул и занялся любимым делом — кормлением ящеров. Они поочередно взмывали к потолку, разгоняя семифутовыми крыльями парящие светильники, и, развернувшись над бассейном, ловко выхватывали еду из губ довольного хозяина.

Риконт поднялся наверх и аккуратно прижал к стене впавшего в ступор оборотня, губы двигались, словно, он пытался произнести какую-то фразу, но до Лиса не доносилось ни звука: только мысль влетела в голову и нахально расположилась между извилинами: «Улыбнись. Мы ведь спим вместе, и ты рад меня видеть». Радужка цвета лесной зелени поблескивала серебряными искрами: «Нейрофункциональная киберсистема Шанди очень чувствительна, и она сразу поняла, что сегодня с ней в паре работает кто-то другой. Мне пришлось потом объяснить, мол, Тору Генко слишком утомлен и не смог заступить на вахту». Чужие слова нагло лезли в мозг, глаза напротив откровенно смеялись.

«Пошел на…»

Лисенок не успел додумать, как риконт смял его губы небрежным поцелуем.

Оставалось терпеть.

Так ли тебе противно, Лис?

Они спустились вместе. Риконт успокаивающе приобнял за плечи напряженного до срыва оборотня и со словами «иди, поешь» подтолкнул к накрытому столику. Лисенок подозрительно осмотрел содержимое всех чашек и плошек (слава богам, менажница с червяками отсутствовала) и, быстренько перекусив, обернулся к Шанди — та снова писала.

— Почему ты пишешь в блокноте, а не диктуешь прямо на развертку?

— Это дневник, — Мама-Кувалда понимающе вздохнула. Она давно привыкла к подобным вопросам. — Я веду его с тридцати лет. Мои заметки, — она коротко взглянула на заполненную страницу, — все, что я забрала тогда из грузовичка, помнишь? А почему ручкой и в блокноте… Я хочу написать книгу. Был когда-то такой способ передачи художественной информации. Ты в школе изучал «Архаичные формы искусства»?

— Нет… У моего приемного отца не было денег на платное обучение, — Лис недоуменно посмотрел на филирийку.

«Да что еще за книги?! Вот чокнутая!»

— Извиняй… гхм… напарничек. Не знаю, кем был твой отец, но «работа» моей покойной матушки явно оплачивалась лучше, — Шанди горько усмехнулась. — Красивые шлюхи всегда в цене. У меня вообще семьи толком не было, сам понимаешь, но образование я получила неплохое… Книги давно заменили телерамы — для совместного просмотра, и психорамы — для индивидуального.

Филирийка черкнула пару слов внизу страницы и, захлопнув блокнот, положила его на подушку.

— Я хочу написать роман, но у меня нет главного героя. Не описывать же свою… лоханку Бунзена, — усмешка снова кривит рот.

— А… ну ладно.

Прихватив с собой стакан с чем-то похожим на сок манго, Лис отошел в дальний угол и залез с ногами в кресло. Чуть поодаль Эйя на низком столике цвета корицы раскладывала пасьянс «Чет и нечет»: изящные руки задумчиво перебирали карты Таро.

«Циркач говорил, что она провидица».