Согласно концепции перекрестной зависимости, в отсутствие спиртного алкозависимые переключаются на что-то другое, чаще всего «подсаживаясь» на еду, спорт, шоппинг или игры. В моем случае заменителями алкоголя стали кока-кола, курение, отношения и интернет. Иногда, докуривая сигарету, я уже мечтаю о следующей. Иногда я зацикливаюсь на новом друге и начинаю шерстить его странички в интернете, желая заменить его личностью свою собственную.

Остается пустота. Я лишилась бухла и теперь отчаянно ищу, чем бы себя заполнить. Кофе, секс, писанина, любовь, новая одежда, одобрение в интернете? Я читаю о том, как все эти уведомления, сигналы и вибрации влияют на наш мозг и меняют его, вбрасывая небольшие дозы дофамина и адреналина. В поисках этих доз я зависаю на знакомых сайтах, как мигрирующая птица летает вдоль рек и автомобильных дорог. Сигнал о долгожданном сообщении дарит бледное подобие наслаждения от первого глотка пива, от холодной воды в изнурительную жару, от падения в мягкую кровать, когда ты устал, от решения перестать барахтаться, раз ты всё равно тонешь.

У меня одновременно открыты двадцать вкладок, и каждая из них – бесконечное путешествие, незавершенная мысль. Я пока не могу заснуть: в голове тоже осталось слишком много открытых вкладок. Кажется, эту жажду не утолить. Я десятки раз перечитываю старые имейлы, пытаясь найти в них что-то, чего больше нет. Пытаюсь найти, чем же заполнить эту дыру, но никак не получается, мысль постоянно ускользает, мелькнув в сознании, как нечто увиденное краем глаза, как вещь, за которой ты пришел в комнату, а потом забыл, что вообще хотел взять, как остров прямо на горизонте.

В этой пустоте я скучаю по алкоголю. Я скучаю по нему, как когда-то скучала по своему парню. Я начинаю думать, что, может, Анонимные Алкоголики – это как лагеря христиан-фундаменталистов в США, где гомосексуалы пытаются стать гетеро. Может, лечить меня от алкоголизма жестоко и противоестественно. Я не помню, чтобы в моем детстве у нас дома злоупотребляли спиртным, хотя папа и выпивал больше в маниакальной фазе. Однако, как только я в подростковом возрасте начала пить, всё закрутилось с опасной быстротой. Как будто мне суждено было стать пьяницей, и поэтому теперь так больно отказываться от старых привычек.

Алкоголь по крайней мере дает внятный ответ на общий вопрос: он заполняет пустоту. А без него мне остается ломать голову над тем, что это был за вопрос, и тут-то, по идеологии Анонимных Алкоголиков, в игру должна вступить программа «Двенадцать шагов». Шаг первый: «Мы признали свое бессилие перед алкоголем, признали, что мы потеряли контроль над собой». Этот шаг я сделала какое-то время назад, когда занималась в реабилитационном центре, но переходить к следующим этапам пока не готова.

За время прохождения программы я научилась распознавать чувства и понимать, чего люди пытаются достичь с помощью определенных паттернов поведения и к чему это в итоге приводит. Я отрываюсь на минуту от тупого кликанья мышкой и осознаю, что, когда батарея телефона садится и, соответственно, данные о моей прогулке не записываются, я как будто перестаю существовать. Я хочу использовать технологии, извлекать из них все плюсы, но сохранять контроль над ситуацией, не давая им взять надо мной верх. Ведь я осознаю свою склонность к зависимости и одержимости.

Технологии позволяют мне оказаться в центре мира, который я вижу из своего дома на краю океана. Я стараюсь придать смысл тому, что меня окружает. Благодаря цифровым устройствам самолеты, птицы и звезды кажутся более реальными. Я стараюсь установить связь с миром вне Папея, со своей прежней жизнью. Фотографирую закат на Уэстрее и загружаю фото в Facebook. Небо конвертируется в цепочку нулей и единиц, спутники передают мои личные данные по оптоволоконным кабелям под морем, через микроволны и медные провода над островами прямо к вам.

Глава 20

Плавание в море

В первые недели наших отношений он еще был очарован моей пьяной спонтанностью, хотя именно она впоследствии стала причиной разрыва. Как-то поздно ночью мы перелезли через трехметровую ограду вокруг общественного бассейна, неподалеку от которого я жила, и тихо плюхнулись на кафельное покрытие, – наутро мы нашли друг у друга царапины и синяки. Вода в ту холодную ночь была восхитительно теплой, и мы проплыли бассейн пару раз в свете луны и камер видеонаблюдения, совсем голые, но в балаклавах. До сих пор храню несколько фото с той ночи; из-за яркой вспышки кожа кажется бледной.

И теперь, переехав на Оркни, я хочу вновь пережить этот волнующий опыт плавания на открытом воздухе. Я примкнула к эксцентричной группе под названием «Оркнейские полярные медведи», которая круглый год каждую субботу плавает в море, всякий раз выбирая новое местечко на наших островах.