Читаем Выбор (СИ) полностью

Меня сейчас уволят? Солнышко, не бойся, я и грузчиком могу. Или научу тебя чистить пистолеты и станем "Бертой и Клайдом".

- Почему вы считаете это отделение таким важным, Клайд?

Дядя принял тон. Как и Лигет. Победа? Нет. Тут рулит Гилберт, пока он не даст отмашку, дела не будет.

- Возможно, вам просто слегка вскружило голову руководство? - Гилберт вмешался, решительно перебив доброжелательный настрой беседы откровенно насмешливым тоном.

- Скорее, видимость руководства, мистер Гилберт, не так ли? - позволяю себе слегка улыбнуться.

Краска прилила к бледным щекам двоюродного брата, он набрал воздух явно для какой то ответной резкости.

- Стоп, стоп, прекратите, слышите?

Дядя повысил голос и положил руку Гилберту на плечо, успокаивая.

- Вы, племянник, тоже держитесь в рамках, настоятельно вас прошу об этом.

А ведь ему нравится это, вдруг понял я. Потому и пришел вместе со всеми, позиции Гилберта незыблемы и таковыми останутся, несомненно, но почему бы не щелкнуть сына по носу малость. Чтоб служба медом не казалась.

- Отец, я тебе говорил...

Дядя властно поднял руку и Гилберт замолчал. Сразу.

- Племянник, сказать вам, что мой сын думает касательно вас и вашего пребывания на фабрике? Он сообщил мне это по дороге сюда.

Молча киваю. Не надо сейчас говорить. Гилберт бесстрастно смотрит в окно.

- Он посоветовал мне выкинуть вас прочь. Что вы на это скажете?

- Скажу, что не удивлен, - ответил нарочито спокойно.

- Вот как? Почему же? Разве у вас тут были какие то проблемы, нарушения, происшествия, недочеты?

Умеет дядя давить, умеет. Однако не надо о проблемах, еще журнал откроет, а там..

- Не удивлен потому, что мое положение тут очень непрочно и всецело зависит от расположения семьи. Сегодня я тут, а завтра - выкинут прочь.

Губы Гилберта презрительно скривились, он снисходительно посмотрел на меня, а что же ты ждал то, приблуда?

- Ошибаетесь, Клайд, вы меня не слушаете?

Попался. Попался!

- Слушаю очень внимательно, дядя.

Гилберт побледнел, я только что впервые обратился к Грифитсу-старшему по семейному.

- Ваше положение здесь всецело зависит от того, как вы исполняете свою работу, как работает вверенное вам отделение, достойно ли вы представляете семью, наконец. Вы это понимаете?

- Разумеется. И именно поэтому я позволил себе в разговоре с мистером Лигетом упомянуть о некоторых соображениях, касательно улучшения работы этого самого отделения.

Гилберт скривился вторично.

- Какими соображениями вы можете нас обогатить, Клайд? Вы же ничего не знаете, нигде не учились, не имеете никакого образования!

А ты горячишься, братец. Где твоя бесстрастность?

- Потратьте толику времени и сами решите, обогатят они вас или нет. А диплом, в конце концов, это просто красивый кусок типографской бумаги, не более. Родоначальники Морганов не блистали манерами и образованием, например.

Уел. Дядя с братом переглянулись. И в конторке раздался громовой хохот мистера Грифитса-старшего. Девчонки в цеху от неожиданности прекратили работать и разом подняли головы. Глаза Роберты нашли меня и я постарался ответным взглядом передать - все хорошо, родная! Она опустила голову и бодро застучала штампом.

- Получил, сынок?

Отсмеявшись, дядя прошелся по кабинету, выглянул в цех. Как раз вернулись Лигет и мисс Тодд.

- Ну вот, мисс Тодд, последите пока тут за порядком, мы забираем мистера Клайда на некоторое время.

- Конечно, я все сделаю , - мисс Тодд зашла внутрь и по хозяйски заняла мое место. Стало как то тоскливо, вернусь ли сюда вообще. Поединок в разгаре и исход очень неясен. Гилберт в ярости.

- Итак, Клайд, мы вас слушаем. Говорите вы красиво, но пока это только слова. Излагайте ваши таинственные соображения. Лигет, останьтесь!

Я подошел к выходу в цех и сделал приглашающий жест. Мы вышли к девушкам и я начал обход.

- Последние недели я наблюдаю, разумеется, не за счет основных обязанностей,за тем, как распределяется рабочее время девушек.

Как раз во время этого вступления я поравнялся с Робертой. Услышав про "последние недели", она сделала круглые глаза от удивления. И прыснула от смеха, поняв, что я делаю. Украдкой показываю ей кулак, она утыкается в воротнички, плечи ее трясутся. Ну, я тебе задам..

- Иными словами, я хотел узнать, нет ли неоправданных простоев в работе, замедлений работы.

- То есть, нет ли нарушений дисциплины, не ленятся ли девушки? - дядя остановился и стал присматриваться к тому, как работает Марта. Ты на что там загляделся, а?

- О, нет, проблем с дисциплиной у нас нет и не было.

- Тогда о чем идет речь? - нетерпеливо спросил Гилберт. Интересно стало?

- Речь о том, что я заметил остановки в работе, вызванные не ленью, не нерадивостью.

Делаю паузу.

- Чем они вызваны, Клайд?

И тебе стало интересно, дядя?

- Болью, дядя.

- Чем?

Он явно обескуражен.

- Болью. Усталостью. Болью в спине и руках.

Гилберт пренебрежительно усмехнулся.

- Тоже мне открытие, работницы устают на работе..Ради этого мы тут тратим свое время?

- Работницы могут уставать меньше и производить больше, их руки могут работать с меньшей болью и не делать остановок посреди рабочего процесса, Гилберт.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свод (СИ)
Свод (СИ)

Историко-приключенческий роман «Свод» повествует о приключениях известного английского пирата Ричи Шелоу Райдера или «Ласт Пранка». Так уж сложилось, что к нему попала часть сокровищ знаменитого джентельмена удачи Барбароссы или Аруджа. В скором времени бывшие дружки Ричи и сильные мира сего, желающие заполучить награбленное, нападают на его след. Хитростью ему удается оторваться от преследователей. Ласт Пранк перебирается на материк, где Судьба даёт ему шанс на спасение. Ричи оказывается в пределах Великого Княжества Литовского, где он, исходя из силы своих привычек и воспитания, старается отблагодарить того, кто выступил в роли его спасителя. Якуб Война — новый знакомый пирата, оказался потомком древнего, знатного польского рода. Шелоу Райдер или «Ласт Пранк» вступает в контакт с местными обычаями, языком и культурой, о которой пират, скитавшийся по южным морям, не имел ни малейшего представления. Так или иначе, а судьба самого Ричи, или как он называл себя в Литве Свод (от «Sword» (англ.) — шпага, меч, сабля), заставляет его ввязаться в водоворот невероятных приключений.В финале романа смешались воедино: смерть и любовь, предательство и честь. Провидение справедливо посылает ему жестокий исход, но последние события, и скрытая нить связи Ричмонда с запредельным миром, будто на ювелирных весах вывешивают сущность Ласт Пранка, и в непростом выборе равно желаемых им в тот момент жизни или смерти он останавливается где-то посередине. В конце повествования так и остаётся не выясненным, сбылось ли пророчество старой ведьмы, предрекшей Ласт Пранку скорую, страшную гибель…? Но!!!То, что история имеет продолжение в другой книге, которая называется «Основание», частично даёт ответ на этот вопрос…

Алексей Викентьевич Войтешик

Исторические любовные романы / Приключения / Исторические приключения / Путешествия и география / Европейская старинная литература / Роман / Семейный роман/Семейная сага / Прочие приключения / Прочая старинная литература
Адольф Гитлер (Том 1)
Адольф Гитлер (Том 1)

«Теперь жизнь Гитлера действительно разгадана», – утверждалось в одной из популярных западногерманских газет в связи с выходом в свет книги И. Феста.Вожди должны соответствовать мессианским ожиданиям масс, необходимо некое таинство явления. Поэтому новоявленному мессии лучше всего возникнуть из туманности, сверкнув подобно комете. Не случайно так тщательно оберегались от постороннего глаза или просто ликвидировались источники, связанные с происхождением диктаторов, со всем периодом их жизни до «явления народу», физически уничтожались люди, которые слишком многое знали. Особенно рьяно такую стратегию «выжженной земли» вокруг себя проводил Гитлер.Так возникает соблазн для двух типов интерпретации, в принципе родственных, несмотря на внешнюю противоположность. Первый из них крайне упрощённый, на основе элементарной рационализации мотивов во многом аномальной личности; второй – перенесение поисков в область подсознательного или даже оккультного.Автору этой биографии Гитлера удалось счастливо избежать и той, и другой крайности. Его книга уникальна по глубине проникновения в мотивацию поведения и деятельности Гитлера, именно это и должно привлечь многих читателей, которых едва ли удовлетворит простая сводка фактов.

Иоахим К. Фест , Фест

Биографии и Мемуары / Прочая старинная литература / Документальное / Древние книги