Читаем Выбор пути полностью

— Фермер-то? — очнулась женщина, и невольно оглянулась на дверь — Игорь Владимирович-то? Да чего с ним… ничего с ним. Дела — это у него, а у нас делишки. Этот магазин — его. И промтоварный рядом — тоже его. И еще по селам — тоже его магазины. Тут все его. Какие с ним дела? Работаем мы на него, и не жалуемся. А чего жаловаться? Деньги платит. Невеликие деньги, так больше-то тут работать и негде. Зато вовремя отдает. Вот так вот… А вы в колдунском доме живете, да?

— В каком?! Каком доме?! — у меня едва челюсть не отвисла.

— В колдунском! — кивнула женщина — А что, вам не сказали? Домина-то ваш с прошлым! Он пустой стоял почитай лет… ой, и не знаю сколько! Сорок? Пятьдесят? Я еще девчонкой совсем была, а он пустой стоял. А потом его администрация взяла на учет как пустующий, хотели продать, а никто не покупает. Кому нужен колдунский дом? И его сдали под пикет, под участкового. Говорили же главе — не к добру это! Не будет толку с такого дела! Так не послушал. Пристройку сделали под пикет, все такое. Скважину пробурили, ну чтобы вода-то была, а то только в колодец надо было ходить, обустроили все. Самохин тоже помог, Владимирыч — выделил денег спонсорских, помог. Когда есть свой милиционер, так чего ж плохого? Мало ли что случись… на днях вот Варьки Катиной муженек забуянил — так она от него по всей деревне бегала! Обещал ей глаз подбить, чтобы не смотрела куда не надо. А куда ей смотреть? На то, как он свой пузырь допивает, что ли?

— Догнал? — хмуро поинтересовался я.

— Кого? А! — поняла продавщица, имени которой я так и не спросил — Варьку-то? Неа. Она как припустилась, и прям к Самохину! И давай рыдать! Тот вышел, поговорил с Валеркой-то, тот и утихомирился. Владимирыч умеет с народом говорить!

— Так почему дом-то колдовской? — перевел я разговор на нужные рельсы — с чего вдруг?

— Бредни это все бабские! — раздался со спины густой мужской баритон, и я чуть было не вздрогнул — Придумали, что жил в этом доме еще до войны один дедок. Промышлял знахарством и все такое. А потом помер вроде как. Ну и всех делов! Здесь любят этой чушью мозги забивать — места-то глухие, народ дурковатый. Давай знакомиться? Насколько понимаю, ты Василий Каганов, новый участковый. Ваш начальник полиции звонил мне, говорил. Он приезжает иногда ко мне — на охоту, или рыбки половить.

— А вы Самохин Игорь Владимирович?

— А как догадался? — усмехнулся Самохин, выглядевший как некая копия былинного богатыря — седая борода лопатой, широкие плечи, здоровенные, перевитые синими венами кисти рук.

Небось подкову ломает! — подумалось мне, и потому пожимал я его протянутую руку осторожно, не дай бог сожмет как следует! В кашу превратит!

Однако вопреки ожиданиям, пожал руку Самохин аккуратно, без эдакого стремления некоторых сильных людей «пережать» нового знакомого, устроить локальное доминирование и тем приподняться в своих глазах. Нет — нормальное пожатие крепкого, видавшего виды мужика. Смотрит внимательно, пристально, будто желая проникнуть взглядом мне в мозг и прочитать мысли, но никакой недоброжелательности от него не исходит. Легкая настороженность и любопытство, и только лишь.

— Я вас прокачал! — усмехнулся я, отпуская широкую ладонь.

— Книжки читаешь? — ухмыльнулся Самохин — Или кино смотрел? «В августе 44-го»! Ну, прокачать меня было легко, правда, Нин? Кто еще тут у нас такой наглый, кроме меня?

— Да ты не наглый, Владимирыч! — хихикнула продавщица — чего на себя наговариваешь?

— Наглый, наглый! — хохотнул Самохин — Ладно, не о том речь. В общем — рад был познакомиться, Василий Каганов! Фамилия-то у тебя какая… царская! Не то что моя!

— Имеете в виду — от кагана пошел? Царя ордынского? — ухмыльнулся я — Да чушь это все. Непонятно кто дал фамилию, с потолка. Мама-то моя детдомовская, так что и неизвестно, какого рода.

— Владимирыч, знаешь, что ему баба Нюра наговорила? — встряла продавщица — Говорит, он незаконнорожденный сын третьей в роду незаконнорожденной женщины! Во!

— Опять свое мракобесие распространяет? — поморщился Самохин — Вот же баба Нюра! Неймется ей! Ты не слушай, Василий… тут у нас по округе таких чуднЫх полным-полно! Знахарки, кликуши и всякая такая ерунда!

— Постойте! — спохватился я — Так что там с домом-то связано? Почему колдунский?!

— Если так интересно — это тебе Нина расскажет. Она всю эту чушь собирает. А мне некогда, труба зовет. Будет время — заходи, поболтаем за жизнь. Если чего нужно для работы — скажешь мне, чем могу помогу.

— Кстати, а на кой черт вам тут понадобился опорный пункт полиции? — вдруг вырвалось у меня — Вы и сам, насколько я слышал, неплохо управляетесь с нарушителями порядка. Полицейский-то тут зачем? Или это чья-то инициатива со стороны?