Читаем Выбор пути полностью

Не знаю, вот и все! Ну не знаю я! Не умею мысли читать. А слова… слова были правильные: «Люблю! Мой любимый!» — и все такое прочее. Вот только как речь заходила о том, чтобы послать подальше своего майора и зажить крепкой ячейкой общества — тут же на попятную: «Мы должны подождать! Это не такое простое дело, с бухты-барахты решать нельзя! Мы должны быть уверены в своих чувствах!». А когда майор нас все-таки накрыл — сразу визг, что это была секундная слабость, и что это я, негодный такой, виноват в ее падении. Так на нее наехал, что она не смогла сопротивляться моей смазливой мордашке! Заставил! Отвратительно… До сих пор как вспомню — мороз по коже. Хорошо хоть комбат побоялся меня физически покарать — плечи у меня соответствующие росту, а он вот им совсем даже не вышел…

Почему я не строил свою судьбу, окучивая какую-нибудь из свободных, незамужних девиц? Почему обязательно замужнюю, да еще и жену своего командира? Да когда же любовь спрашивала, кого надо любить?! Вот влюбился я в эту проклятую ведьму, да и все тут! Приворожила, чертовка!

Кстати — мне и вправду говорили, что Танька меня каким-то образом приворожила. Мол, она рыжая, да и в родне у нее ведьмы были, так что ничего удивительного нет. Только я в эту мистическую чушь не верю. Во всех этих экстрасенсов, колдунов-аферистов. Я бы их сходу сажал, мерзавцев! Деньги сосут с народа, и ни черта никому не помогают! Мошенники проклятые!

Но хватит об этой чуши. Моя жизнь не предполагает ни малейшей мистической составляющей. Я не какой-то там малограмотный идиот, бегающий к бабкам-знахаркам и колдунам-лекарям! Для лечения есть нормальные больницы с нормальными врачами, а всему остальному место в книжках жанра фэнтези. И только так.

Уазик загнал во двор, благо что двор был большущим, видать когда-то сюда въезжали лошадиные упряжки, и может быть даже не одна. Что там какой-то уазик, сразу потерявшийся в углу возле бани?

Кстати, посмотрел и баню. Удивился. На удивление добротное сооружение — крепкая, явно не так давно подновленная печь с вмазанным в нее огромным котлом, свежие, не успевшие потемнеть лавки, поленница дров рядом, у входа в предбанник — все, как полагается! Очень даже приличное сооружение. Похоже, что его реанимировал мой предшественник, вероятно любивший попариться в такой вот русской бане. Я не особо истовый любитель всевозможных бань, но почему бы и не попариться? Тем более, что мыться-то где-то надо, не только из летнего душа за заднем дворе!

Да, был и летний душ, и тоже устроен скорее всего моим предшественником. Сделано хорошо, надежно, здоровенный бак на крыше, выкрашенный черной краской — по уму сделано, как надо.

И все-таки странно — чего не хватало этому мужику? Какого черта он отсюда уехал? Все наладил, отремонтировал, построил, и… в бега! Впрочем мне ли это говорить? Я-то какого черта ударился в бега, уволившись со службы? У всех свои обстоятельства…

Но да ладно. Первым делом — пойду знакомиться с главой администрации, как там бишь его звать? Эмм… записано… Танюшкин Семен Васильевич. Тьфу! Это надо же такую фамилию заполучить! Нет, бывают фамилии и гораздо хуже — я в сети такие фамилии видел, их даже выговаривать стремно — получается матерно. Но Танюшкин?!

Ох как не нравится мне такая фамилия! Напоминающая о том, чего хотелось бы забыть. Влез в самую что ни на есть глухомань, и на тебе — глава администрации с фамилией Танюшкин!

Бросил на сиденье уазика кожаную папку, без которой немыслим ни один участковый (для солидности, чего уж там), выехал со двора и отправился искать главу администрации — надо же знакомиться? С фермером сведу знакомство потом, когда настроение появится.

Честно сказать, настроения для этого не было никакого. Вот недолюбливаю я новую крестьянскую аристократию, ранее метко именуемую «кулаками», и ничего с собой не могу поделать. Мама была ярой коммунисткой, вот и во мне зреют гроздья гнева: «Взять все, и поделить!». Шучу, конечно… но и правда этих «новых кулаков» недолюбливаю. Генетическая память?

Мама была не из богатеев, это точно. Про свою родню ничего не знала — детдомовская. Вроде как откуда-то из деревенских была ее мать и моя бабка. Куда делась, что с ней сталось — мама мне не рассказала. Потому что сама не знала. Почему не знала? Это вопрос к ней. Только теперь уже и не спросишь…

Тихо в деревне (когда заглушишь движок!). Только где-то далеко лает собака, да каркает ворона, пристроившаяся поклевать свежего лошадиного дерьма. Видать недавно кто-то проехал на телеге с лошадью — след отпечатался на влажной глине дороги возле извечной грязной лужи. Кстати сказать — лошадь в таких местах уступает первенство только трактору-воровайке с кузовом впереди кабины, а может и превосходит по значимости. Трактор-то нужно кормить соляркой, солярку купить или украсть, а вот лошадка вполне себе обходится подножным бесплатным кормом. Да и проходимость у нее не хуже трактора.