Читаем Вселенство полностью

Я знаю, что такое «ни жив, ни мертв».

Пришла утром и нашла его таким, каким оставила вчера, только бледное лицо и голубые губы. «Наверное, спит», – подумала я. Взяла его ручку в свою – она холодная. Посидела рядышком. «Почему он не просыпается, обычно такой чувствительный на прикосновение?» Пробую разбудить, зову его, но он по-прежнему лежит без движения с закрытыми глазками. Я начинаю беспокоиться. Неужели такой крепкий сон? И тут я понимаю, что, видимо, он без сознания.

Еле-еле дождалась лечащего врача. Она заглянула ему в глаза – зрачки плохо реагируют на свет. Сразу поставили капельницы, потом меняли одну за другой, видимо не зная, что предпринять. Он всё еще не приходил в себя.

Подключили к аппарату контроля дыхания и пульса. Я впилась в экран. Вдруг пульс «0»! Я бегу за врачами, они долго соображают: «Как «ноль», что Вы говорите?» У меня язык не поворачивается закричать: «Скорее!».

Это вроде бы отошел датчик. Как я ещё живу?

Потом дыхание: «девять, пять, три» – дальше ждать нельзя, зову врачей. Они медленно доходят до бокса…Или мне кажется, что время остановилось?

У него начинается рвота, он не может себя контролировать, он давится, он задыхается. Меня просят уйти.

Куда, куда? Здесь моя жизнь, мой ребёнок! Но смотреть на это я уже тоже не могу, кажется, что сама потеряю сознание. Бегу в пустую палату, бросаюсь к окну и горячо молюсь о его спасении. Плакать нет сил, меня бьёт сильная дрожь.

К нему один за другим начинают приходить разные специалисты. Я сижу около двери и уже не контролирую время. Моя надежда в каждом приходящем враче – сейчас он сделает так, чтобы он очнулся. Нет, всё напрасно.

«Вы его мама? Надеюсь, Вы поняли, что мы забираем его в реанимацию?». Выкатывают кроватку, я беспомощно смотрю в неё. Может броситься к нему и поцеловать? Но всё же я держу себя в руках.

Его увезли. Я не знаю, куда ткнуться. Забираю его вещи из палаты и складываю в пакеты. Как дико! Никуда не могу убрать пустышку, кладу себе в карман – как будто он со мной. Вот его любимая мягкая игрушка… Прижимаю её к себе и поднимаюсь в реанимацию.

Выходит заведующая отделением: «Давайте доживём до утра, а там будем говорить». Я не ожидала, что настолько серьёзно.

А как дожить до утра?

Приехала моя мама. Когда рядом родной человек, не так страшно.

Весь вечер и полночи молюсь. Может, поэтому он и дожил до утра?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Летопись жизни и служения святителя Филарета (Дроздова). Т. VI. 1851–1858 гг.
Летопись жизни и служения святителя Филарета (Дроздова). Т. VI. 1851–1858 гг.

Личность и деятельность святителя Филарета (Дроздова, 1782–1867), митрополита Московского, давно стали объектом внимания и изучения историков, богословов и филологов. «Летопись жизни и служения святителя Филарета (Дроздова)» – это поденная хроника, выстроенная по годам и месяцам, свод фактов, имеющих отношение к жизни и деятельности святителя Филарета. В Летопись включены те церковные, государственные, политические и литературные события, которые не могли не оказаться в поле внимания митрополита Филарета, а также цитаты из его писем, проповедей, мнений и резолюций, из воспоминаний современников. Том VI охватывает период с 1851 по 1858 г.Издание рассчитано на специалистов по истории России и Русской Церкви, студентов и аспирантов гуманитарных специальностей.

Наталья Юрьевна Сухова , протоиерей Павел Хондзинский , Александр Иванович Яковлев , Георгий Бежанидзе

Религия, религиозная литература
Суфии
Суфии

Литературный редактор Evening News (Лондон) оценил «Суфии» как самую важную из когда-либо написанных книг, поставив её в ряд с Библией, Кораном и другими шедеврами мировой литературы. С самого момента своего появления это произведение оказало огромное влияние на мыслителей в широком диапазоне интеллектуальных областей, на ученых, психологов, поэтов и художников. Как стало очевидно позднее, это была первая из тридцати с лишним книг, нацеленных на то, чтобы дать читателям базовые знания о принципах суфийского развития. В этой своей первой и, пожалуй, основной книге Шах касается многих ключевых элементов суфийского феномена, как то: принципы суфийского мышления, его связь с исламом, его влияние на многих выдающихся фигур в западной истории, миссия суфийских учителей и использование специальных «обучающих историй» как инструментов, позволяющих уму действовать в более высоких измерениях. Но прежде всего это введение в образ мысли, радикально отличный от интеллектуального и эмоционального мышления, открывающий путь к достижению более высокого уровня объективности.

Идрис Шах

Религия, религиозная литература