Читаем Возмездие полностью

– В сознании преступника. Доктор Мира готовит психологический портрет, который, я ду­маю, подтвердит мои предположения. Скорее всего, убийца считает, что Марлена была убита из-за Рорка. Его хотели проучить, поскольку он по­смел действовать на чужой территории.

– Следователь к такому выводу не пришел, – заметил Уитни.

– Не пришел, сэр, потому что был тесно свя­зан с синдикатом. Они его прикармливали. Мар­лена была почти ребенком. – Ева вынула из сумки две фотографии. – Вот что с ней сделали. Следо­ватель потратил четыре с половиной часа рабоче­го времени и закрыл дело, сочтя это смертью от несчастного случая.

Уитни мрачно разглядывал фотографии.

– Несчастный случай, черт подери! Да это же убийство с особой жестокостью!

– Беззащитная девушка в лапах шестерых зло­деев. И они вышли сухими из воды. Люди, кото­рые смогли такое сделать, наверняка хвастались своим подвигом. Думаю, знавшие их близко были в курсе, и, когда всех шестерых убили, кто-то решил, что это дело рук Рорка и Соммерсета.

Тиббл перевернул фотографию Марлены. Он давно уже не вел расследований и понимал, что этот снимок теперь будет его преследовать.

– А вы так не думаете, лейтенант? Вы хотите нас убедить в том, что связи между этими шестью убийствами нет, и что только наш маньяк так счи­тает? Хотите убедить нас в том, что он специально подставляет Соммерсета, а месть его нацелена на Рорка?

– Совершенно верно. Я хочу убедить вас в том, что человек, которого доктор Мира характе­ризовала как садиста-социопата, уверовавшего в свое божественное предназначение, использует все доступные ему средства, чтобы погубить Рор­ка. Но с его стороны было ошибкой подставлять Соммерсета, это вы поймете, когда доктор Мира закончит отчет по тестированию. Она дала мне предварительное заключение, из которого следу­ет, что Соммерсет не только не способен на наси­лие, оно вызывает у него неподдельный ужас. А то, что косвенные улики против него сфабрико­ваны, и ребенку ясно.

– Я предпочел бы воздержаться от выводов, пока не увижу отчет доктора Миры, – заметил Уитни.

Ева пожала плечами.

– В таком случае могу дать вам свой. Запись с камер в Лакшери Тауэрз была стерта, это нам из­вестно. Однако запись из вестибюля – на кото­рой видно, как Соммерсет входит в здание, – бы­ла сохранена. Почему? Макнаб сейчас работает с диском камеры двенадцатого этажа. Я уверена, что она была отключена с того момента, как Со­ммерсет вышел из лифта. Так же, как и камера в вестибюле, который, по его словам, он покинул приблизительно в двенадцать сорок.

– Для того чтобы это подтвердить, нужно очень чувствительное оборудование.

– Да, сэр. То же относится и к отслеживанию звонков, поступающих в участок. Но в нашем рас­поряжении теперь такое оборудование есть. И еще одно. В мотиве и способе данных убийств очень важную роль играет религия. Многое говорит о том, что убийца – католик. Так вот, Соммер­сет – не католик, да и вообще человек малорелигиозный.

– Религиозные убеждения для многих явля­ются делом сугубо личным и неафишируемым, – проворчал Уитни.

– В нашем случае все совсем не так. Для него это – основной импульс. Кстати, сегодня утром детектив Макнаб, присланный мне в помощь, об­наружил на моем телефоне то, что он называет «эхо». Сигнал был послан не из моего дома, но кто-то очень постарался, чтобы выглядело это именно так.

Уитни молча взял у Евы отчет и так же молча просмотрел его.

– Отличная работа, – сказал он наконец.

– Один из братьев Рили работал охранником в электронной фирме, кроме того, он несколько раз за последние десять лет бывал в Нью-Йорке. Я бы хотела разработать эту версию.

– Вы собираетесь в Ирландию, лейтенант?

– Нет, сэр. Необходимую информацию я могу получить и здесь.

– Я подумаю, лейтенант, – сказал Уитни, лис­тая ее отчет.

Обычно пресс-конференции действовали на Еву угнетающе. И эта исключением не являлась. Всегда тошно стоять перед оравой репортеров и пытаться объяснить им, что было, чего не было, а чего и быть не могло. А сейчас большинство во­просов касалось ее лично. Ей надо было реагиро­вать быстро, четко и, главное, ничего не бояться: страх репортеры чуяли за версту.

– Лейтенант Даллас, допрашивали ли вы Рорка в связи с этими убийствами?

– Рорк оказывает департаменту посильную помощь.

– Вы просили его о помощи как следователь или как жена?

«Ах ты, змееныш», – подумала Ева, пронзая наглого репортера взглядом.

– Рорк с самого начала расследования добро­вольно предложил свою помощь.

– Верно ли то, что главный подозреваемый служит у Рорка и живет в его доме?

– На данном этапе главного подозреваемого нет.

Волчья стая взвыла, все хором начали закиды­вать ее вопросами. Ева выдержала паузу.

– Лоуренс Чарльз Соммерсет был официаль­но допрошен и добровольно прошел тестирова­ние. И на основании полученной информации мы сейчас разрабатываем другую версию.

– Как вы отнеслись к предположению, что Соммерсет совершил эти убийства по приказу своего хозяина?