Читаем Воспоминания полностью

Остается ли далее время и возможность взять линию на большее объединение, а следовательно, и на большее развитие морских интересов, если учесть, что с 1883 года в Германии придерживались прямо противоположного принципа, причем другие учреждения (министерство иностранных дел, почта и правительства отдельных областей) заботились (хотя и плохо) о развитии прочих интересов…"

Вскоре Штош написал мне следующее письмо:

"12.2.96.

Дом Штоша.

Острих, Рейнская область

Дорогой адмирал!

… Сегодня передо мной стоит один вопрос. Гнев Англии против Германии, который прорывается при случае наружу (вспомним трансваальскую депешу 1896 года) {46}, объясняется англо-германской конкуренцией. Поскольку внешняя политика Англии руководится исключительно торговыми интересами, нам следует рассчитывать на враждебность этого островного народа. Последняя претворится в действие, как только этим господам удастся обеспечить невмешательство Франции и России, а мы попадем почему-либо в неудобное положение.

Отчеты о последних прениях в английском парламенте, которые мне приходилось читать, отражают следующую точку зрения: Германию мы уничтожим одним ударом. Итак, я поставил перед собой следующий вопрос: как нам вести морскую войну против Англии с надеждой на успех? Обращаюсь к вам с просьбой ответить на него. Замечу кстати, что я ценю ваше мнение в морских вопросах, и мне бы очень хотелось узнать, что вы можете предложить. Как я слышал в Берлине, дело с вашей поездкой в Восточную Азию (в качестве командующего эскадрой) что-то не клеится; в столице думают даже сократить в интересах отечества наши тамошние морские силы. Итак, вы будете иметь время заняться важными вопросами. Будьте так добры исполнить мою просьбу.

До свидания.

Ваш фон Штош".

Я ответил ему из Киля следующим письмом от 13 февраля 1896 года: "Ваше превосходительство!

Я получил ваше любезное письмо от 12 с.м. и спешу ответить на него… Чрезвычайно важные и неожиданные дела отнимали все мое время, пока я находился в Берлине. Могу сообщить вашему превосходительству совершенно конфиденциально и исключительно для вашего сведения, что я имел случай представить на высочайшее усмотрение мнение вашего превосходительства о путях развития флота, причем можно надеяться, что это развитие вновь начнется с того, на чем оборвалось в 1883 году.

Возможно, что я впоследствии смогу доложить об этом вашему превосходительству более подробно. Моя командировка в Азию, как уже известно вашему превосходительству, находится под вопросом. Я совершенно сбит с толку. Я страстно желал поехать туда; к тому же для моей нервной системы было бы весьма полезно временно освободиться от непрерывной и изматывающей умственной работы и побыть некоторое время вдали от Мадрида{47}. Посмотрим, что готовит мне судьба.

Что касается трансваальского вопроса, то в отличие от нашего общественного мнения и политического руководства я считаю, что мы поступили неправильно{48}. Англия не реагирует на грубости со стороны Америки{}n», ибо они чреваты неприятностями в будущем, но главным образом потому, что Америка – неудобный противник; расплачиваться же приходится Германии, которая в настоящее время не имеет серьезных сил на море. Наша политика базируется на одну только армию, но влияние последней дает себя непосредственно чувствовать лишь на сухопутных границах, в других же областях она может оказывать лишь косвенное влияние.

Наши политики не понимают, что ценность союза с Германией определяется даже для европейских держав не столько ее армией, сколько флотом. Пример: Россия и Франция против Англии.