Читаем Внуки Тантала полностью

– Нет, мачеха. Вторая жена генерала Корнелиуса. Она, конечно, уже совсем старая, ей лет под восемьдесят. Но все еще очень бодрая. В этом я смогла убедиться лично, когда она вышла из ворот своего замка, чтобы распорядиться выгнать меня из поместья, – Луэлла весело подмигнула. – Как видите, я и к ней съездила тоже безуспешно.

Скорее всего, из Л. Смит получится отличный репортер. Меня же удивило, сколько в этом деле появляется шустрых бодрых стариканов. Наверное, сказывается горный калифорнийский воздух. Мой слух немного резануло слово «замок». Я помнил, что уже имел несколько проблем с калифорнийскими замковладельцами7. Однако я не был уверен, что Луэлла когда-либо в своей жизни видела настоящий замок, поэтому могла употребить это слово иносказательно.

– У миссис Торн жизнь тоже сложилась трагически. Но она не пала духом. Эх, жаль вы не можете прочитать мою статью, – продолжала тараторить Луэлла.

Глаза у нее стали шелковистыми. Я подумал, что если заказать девушке второй «Том Коллинз», она вскоре выложит мне имена тех актрис, с которыми болтала про Торна. Все-таки мисс Смит еще оставалась милой провинциальной девочкой.

– Вы женаты, мистер Стин? – вдруг спросила она.

– Нет. Но у меня есть невеста.

– Жаль. Я подумала, что скоро мой рабочий день заканчивается, мы могли бы сходить куда-то… потанцевать. Или поужинать. Все-таки работающей девушке вроде меня пока еще трудно в Лос-Анджелесе. Или не воспринимают всерьез или слушают, потому что стремятся затащить в постель. Я так давно не проводила время с кем-то… нормальным.

Я подумал, что Габи не будет возражать, если в рамках расследования я скрашу одиночество мисс Смит. Поэтому согласился угостить ее ужином в небольшом приятном джазовом клубе, а потом, если у нее будут силы, сводить куда-нибудь на танцы. На всякий случай я решил проверить, нет ли вестей от Лекси. Мисс Пиблз взяла трубку после первого звонка.

– Я специально не уходила домой, ждала, когда вы позвоните, мистер Стин, – гордо возвестила она.

Я подозревал, что задерживаться на работе, чтобы дольше не встречаться со сварливой сестрой, для Мэриголд было только в радость.

– Мисс Лекси звонила. Она просила передать, что ждет вас сегодня к девяти или позже в особняке Карпентеров. Это в Малибу, я объясню, как проехать. Вы в списке гостей. Мисс Лекси сказала, что это очень важно.

Я вернулся к Луэлле от барной стойки, прихватив по дороге еще коктейль и пиво. Объяснил, что вечерняя программа отменяется, потому что в девять меня ждет срочный вызов к клиенту. Девушка сникла, но потом с удовольствием накинулась на второй стакан смеси.

– Наверняка вы звонили вашей невесте, а она вам запретила, – снова сделала она потрясающе верный вывод и откинулась на диване, довольная своей логикой. – Вы как раз такой честный тип мужчины.

Мне что-то хотелось сказать Луэлле. Например, чтобы она перестала быть такой доверчивой и при этом мнить себя такой искушенной. Иначе скоро найдется человек, который заставит ее горько расплатиться. Но мне было вполне достаточно роли старшего брата, которую я играл для Лекси. В конце концов, не мое дело заботиться обо всех молодых идиотках Лос-Анджелеса.

– Почему вы вообще заинтересовались общиной Торна, так что даже решили написать о ней статью? – спросил я.

– А что такого? – спросила Луэлла, набрасываясь на орешки. – Мириам, ой, то есть, актриса, с которой я познакомилась на вечеринке, рассказала, что там все замечательно. И очень необычно. Они одеваются в эти простые балахоны, но нет никаких жестких правил, никто не заставляет работать от зари или пить одну воду. Конечно, нет алкоголя или сигарет, естественно, никаких наркотиков. И пищу они едят только ту, что производят сами в общине. Там есть люди, которые с удовольствием занимаются огородом, но других никто не заставляет. Зато они очень много медитируют и проводят особые очистительные ритуалы. И едят все вместе. Но самое главное – это служба в Храме. По словам Мириам, ой, точнее ее подруги, на следующее утро чувствуешь себя совершенно другим человеком. Будто заново родился.

Хотел бы я поговорить с этой Мириам.

– Но ведь это же секта, вы понимаете? Людей лишают индивидуальности, наряжают в одинаковую одежду. Заставляют отказаться от привычных удовольствий и пичкают всякими псевдо-мистическими ритуалами. Это же чистой воды мошенничество.