Читаем Вид с Лубянки полностью

В те дни, когда Центральное телевидение вновь показывало нам Штирлица и полковник Максим Максимович Исаев вел опасные игры с фашистскими бонзами, его современный коллега генерал Олег Данилович Калугин обменивался болезненными ударами с собственным руководством. Точнее, бывшим руководством. В феврале этого года почетный чекист, кавалер 22 правительственных и ведомственных наград, бывший начальник управления внешней контрразведки КГБ СССР (1973–1979 годы), бывший первый заместитель начальника УКГБ по Ленинграду и Ленинградской области (1980–1987 гг.) генерал- майор Калугин был уволен в отставку. 16 июня он выступил на конференции "Демократической платформы в КПСС", а затем в ряде центральных издания с резкой критикой КГБ. И если послужной список Калугина не гарантирует ему славы Штирлица и места в галерее героев — или антигероев — ЧК/ОГПУ/ НКВД/КГБ, то эти выступления создали беспрецедентную доселе ситуацию. Прежде подобное мы слышали от сотрудников КГБ, ушедших "на ту сторону" (с 1980-го, по данным Калугина, таких было 20 человек. Председатель КГБ, отвечая на вопросы на съезде КПСС, поправляет: восемь…). Калугин же "не ушел", не пересек границу. Для КГБ, как следует из публикации комитетского Центра общественных связей в "Правде", он, безусловно, изменник — однако изменник не бежит, не прячется, и получить номер его московского телефона не составляет труда! Ситуация эта стала возможной в последние годы и объясняется не успешными усилиями врагов по подрыву строя, а изменениями взглядов на роль государства в целом и КГБ как одного из его институтов. Появившаяся альтернатива страху и безусловному подчинению на самом-то деле необходима для нормального функционирования КГБ, однако отнюдь не упрощает жизнь комитета. Становятся невозможными простые решения проблем вроде "дела Калугина": человек, противопоставивший себя КГБ (или другому ведомству — прокуратуре, министерству обороны, например), не подписывает более себе приговор (или "выбирает себе судьбу", по терминологии статьи в "Правде"). И если ведомство пытается следовать старой, накатанной дорожкой, то легко предсказать общественный протест и скорее эмоциональную, нежели рассудочную реакцию общественного мнения. Это уже проявилось в " деле Гдляна и Иванова". Но межведомственный обмен опытом (Прокуратура — КГБ), судя по всему, не состоялся…

Указы Президента СССР. и Совета Министров о лишении звания и наград, последовавшие 30 тоня, были изданы " по представлению КГБ СССР". "За действия, порочащие…" Указа об отетстенности за оскорбление Комитета государственной безопасности СССР у нас нет, но есть ведь суд, который может наказать Калугина за клевету, если факт клеветы будет убедительно доказан и выяснится, что генерал, рассерженный увольнением, действительно задумал отомстить и опорочить свое бывшее ведомство. Однако среди обещаний КГБ "дать соответствующую оценку" не было ни слова о намерениях воспользоваться судом, то есть демократической законной процедурой.

Краткое резюме того, в чем обвиняет КГБ, "по-прежнему самую закрытую организацию в стране", Олег Калугин:

— Вербовка агентуры в рядах политических противников и организаций — "от академиков и кончая милиционерами, от Священного Синода Русской православной церкви до спортсменов, от военачальников до музыкантов и литературных критиков"; нейтрализация организаций в целом, их разложение как конечная цель;

— подслушивание, перлюстрация почты, ведение досье на советских граждан, негласные вторжения в их жилища. Застрахованы от всего этого лишь высшие номенклатурные лица в партийных и государственных органах:

— распространение дезинформации, слухов;'

— наличие потенциала, наносящего ущерб здоровью и жизни граждан.

По заявлению Калугина, КГБ — "правая рука высшего руководства ЦК КПСС". В последнее время большая часть сотрудников КГБ ушла вправо, стала опорой консервативных сил… прежде всего в партийном аппарате и защищает скорее тех, кто "не хочет поступиться принципами", нежели подлинную безопасность государства и его граждан ("Где же были органы КГБ во время событий в Сумгаите, Фрунзе, Тбилиси?" — задает вопрос Калугин).

Бывший генерал призывает к деполитизации КГБ, подчинению комитета органам Советской власти, парламенту. Он считает неотложными полную реорганизацию КГБ и сокращение его штата минимум на 50 процентов, ликвидацию системы политического сыска, отказ от платных осведомителей… Калугин, конечно же, не первый говорит об этом. Принципы демократического переустройства КГБ обсуждаются давно — задержка с реализацией, что и делает возможной подобную ситуацию.