Читаем Ветер полуночи полностью

— Макбет! — На серых щеках Поуда выступил слабый румянец. — Вы видели его в Норвуде, не так ли? Маленькое, паршивое ничтожество! Незадолго до ухода в отставку я уличил его в вопиющей халатности, и он чуть не вылетел со службы. — Поуд с ожесточением принялся заталкивать в трубку табак. — Вы рассказали ему, что разговаривали со мной? Он плохо высказался обо мне?

— Боюсь, что да. — И Билл передал Поуду содержание отзыва Макбета о нем.

— Значит, он так и сказал? Что я сую нос не в свои дела?! — Поуд вытащил шелковый носовой платок и с остервенением высморкался. — Ну, что же, Энгусу Макбету еще придется получить несколько сюрпризов, а его начальник — мой большой друг — должен будет услышать нечто весьма неприятное об этом типе… Но я пришел вовсе не для того, чтобы говорить о нем. — Поуд спрятал платок и закурил. — Что сообщили вам Стар и Рут Уэйн?

— Нет, господин старший инспектор! Я полагаю, что вначале вы должны будете сказать мне, на кого вы, собственно, работаете и почему интересуетесь этим делом?

— Мальчик мой, я понимаю, что вам хочется это знать, но я ничего не скажу… во всяком случае, пока. — Трубка, к полному удовольствию Поуда, разгорелась, и комната снова наполнилась облаками вонючего дыма. — Нет, Билл, пока я не могу вам довериться, но вам советую рассказать решительно все. Должен вам сообщить, что я кое-что узнал, и, по-моему, вас ожидают неприятности. Очень крупные неприятности. Вы впутались в них с тех пор, как побывали в Сидэйле.

Сидэйл! И комната и лицо Поуда вдруг расплылись, и время словно потекло назад. Шел дождь — мелкий, но настойчивый. Его фургон стоял на берегу ручья, а по безлюдной пустоши, кое-где перегороженной изгородями, извивалась дорога. Ни одного строения не было видно вокруг, лишь временами над самой землей проносились кроншнепы, и там и сям паслись овцы. Сидэйл, дорога, где с ним что-то произошло… Нечто, не поддающееся описанию, нечто такое, чего он не мог вспомнить. Он хотел было спросить у Поуда, откуда ему известно, что он был там, но не решился. И Поуд, и Стар, и инспектор Керн знали о нем все, и лишь он сам ничего не знал.

— Хорошо, — покорно согласился Билл. — Я все расскажу вам.

— Да? Вот, значит, что они сообщили вам. Интересно, мой мальчик, очень интересно. Кое-что мы можем принять, как соответствующее действительности, другое — как возможно соответствующее действительности, а третье — как явную ложь. — Поуд выколотил трубку, продул, аккуратно обтер об рукав и опустил в карман. — Роман вашей жены с Алланом Уэйном… Боюсь, что так оно и было на самом деле. Хотя Уэйн в разговоре со своей женой, конечно, отрицал связь с вашей супругой, но мне она кажется вполне вероятной… Ваше заявление о грабителе, который, по вашим словам, проник в квартиру и ударил вас… Да, я изменил свое мнение на сей счет. Вначале я не знал, чему верить, но теперь убежден, что все действительно произошло так, как вы сообщили полиции. Утверждение, что Кеплина ликвидировала шайка грабителей грузовых машин… Возможно, возможно. Во всяком случае, он убит, и даже такой болван, как Макбет, обнаружил, что Кеплин был связан с шайкой. Посмотрим, сможет ли полиция найти убийцу. Пока же пометим, что это, «возможно, соответствует действительности».

Поуд сделал пометку в блокноте.

— Ну, а как же отнестись к утверждению Нормана Стара о том, что у вашей жены были некоторые документы, которые она, возвращаясь в Фелклиф, оставила дома в Лондоне? У меня есть серьезные основания предполагать, что она владела чем-то, за что один из конкурентов Стара был готов заплатить любую цену.

— Видимо, да, — рассеянно согласился Билл, однако на Поуда это почему-то подействовало раздражающе.

— Не видимо, мой мальчик, а точно, и перестаньте дерзить мне! Не паясничайте и зарубите себе на носу, что вам угрожает очень серьезная опасность, как вы сами сейчас убедитесь. Так вот, давайте будем исходить из предположения, что у вашей жены были документы, очень важные для Стара и Вицлеба, хотя я вовсе не думаю, чтобы они имели какое-либо отношение к производству железобетона или цемента. Вицлеб — инженер-строитель, а не ученый, а Стар — хитрая и очень опытная лиса. Если вы обнаружите бумаги, я уверен, что они составлены на техническом жаргоне, который вы, как неспециалист, не поймете. Думаю, что наш друг Стар не сказал вам, что же в действительности представляют эти бумаги.

— Мне показалось, что он говорит правду.

— Разве я сказал, что он плохой лжец? По его словам, ваша жена владела какими-то документами, важными для него и Вицлеба. По-моему, в этой части его объяснению поверить можно. Ваша жена приезжает в Фелклиф и рассказывает о них Аллану Уэйну. Как и полагается порядочному зятю, Аллан Уэйн связывается с деловым конкурентом Нормана Стара и все рассказывает ему. Вполне возможно. Насколько мне известно, Уэйн испытывает серьезные финансовые трудности.

— Что?! Да он же получает не меньше пятнадцати тысяч фунтов в год!