Читаем Ветер истории полностью

— Видите тут два холма? С них округа на десять верст видна. Один германцы две недели назад взяли, а второй мы держим. Германцы пока его не возьмут не успокоятся, а наш штаб не успокоится пока мы первый холм обратно не отберем. Так что в том, что штурмовать будут именно здесь, я уверен абсолютно. Теперь смотрите внимательно, Сергей Алексеевич! Ваша задача проехать этим маршрутом, Семен дорогу подскажет, и подгадать так, чтобы выехать на поле вместе с германской пехотой, держась на ее правом фланге. Не обгоняйте их, а то наши вас же и подобьют.

— А если вровень с пехотой ехать, то не подобьют?

— Не беспокойтесь об этом. Слушайте Семена, он знает, что делать. Выдвигаемся через две минуты.

Мы с Семеном пошли к своему драндулету.

— Бинокль отдай! — буркнул я.

— Водителю не положено! Вдруг германцы попадутся. Бинокля у офицера должна быть.

Семен с довольной рожей разглядывал новую игрушку и явно планировал оставить ее себе. Ну и ладно, обретя обувь по размеру, я размяк и был готов прощать людям мелкие недостатки. Махнув рукой на хомяка, я полез на водительское место и отомстил ему, заставив крутить ручку. Тот мести не заметил и, бодро раскрутив движок, залез на соседнее кресло. Потом оглянулся и со вздохом вылез, видимость из кресла была нулевая.

— Там проедешь?

— Должен.

— Ну, раз должен, то езжай. Шагов через триста дорожка должна быть, по ней направо свернешь.

Я тронулся, а следом оглашая окрестности, руганью поручика и вихляя как пьяный, поехал второй броневик. До линии фронта мы добрались на удивление спокойно, но немного опоздали. Пехота тремя цепями уже шла по полю. Под злобное шипение и тихую ругань мы бросились в погоню. Второй броневик в гонке не участвовал, он свернул в сторону еще перед холмом. Я сосредоточился на объезде воронок и чуть не пропустил команду остановиться. Однако, Семен не дал ошибке шанса и повторил команду голосом и кулаком. Броневик встал как вкопанный, да он и вправду зарылся колесами в распаханную снарядами землю. И тут я чуть не оглох. Грохот пулемета в железной коробке больно бил по ушам. В боковое окошко было видно, как валятся под фланговым огнем гансы. Цепи пехоты смешались. Кто-то лег, кто-то пытался стрелять в нас, кто-то уже начал пятится, а вдалеке продолжал наступать левый фланг германцем. Бардак вышел знатный. Левофланговые, наконец, заметили непорядок и растеряно остановились, а ближние к нам немцы уже повально отступали. Тут ожили пулеметы в русских траншеях. Бегство стало всеобщим.

— За ними едь! Догоняй! — заорал Семен.

— Ага, догонишь тут. — ворчал я в ответ, пытаясь развернуть тяжелую машину среди воронок и тел. Догнать бегущих немцев было нереально, да и смысла я в этом не виде, но решил не спорить. В конце концов, Семен местные реалии явно лучше меня знает.

Вдруг, навстречу бегущим солдатам ударил максим. Выкашиваемые со всех сторон, германцы метались и падали на землю. Это что, немцы своих за трусость стреляют что ли? Не слышал о таком! От удивления я оторвал взгляд от земли перед капотом и глянул на вражеские позиции. Ситуация сразу прояснилась. Почти на самом гребне стоял броневик и поливал немецкие окопы огнем. Рядом с ним непрерывно бил по полю тот самый максим. Вот ведь авантюристы! Ну, сколько они там продержатся? Ох, не с той компанией я связался, похоже.

Неожиданно над полем раскатился могучий рев десятков глоток. Видеть я ничего не мог, но родное "ура" и радостные комментарии остальных членов экипажа сомнений не оставляли — наши пошли в атаку. Замолчали пулеметы кроме одного, это броневик поручика бил по германским окопам. Выжившие немцы поднимали руки, наши пробегали мимо и, не останавливаясь, мчались к холму. Заработавший было немецкий пулемет, тут же заткнул броневик. Семен толкал меня в плечо и подгонял. Ну не дурной ли? И так еле еду, так он еще мешает. Впрочем, я уже поддался общему куражу и с трудом сдерживал себя, чтобы не рвануть по-прямой. Собственно наше участие в бою закончилось. Мы отстали от пехоты и остановились у остатков проволочных заграждений. Отсюда открывался прекрасный вид на растекающуюся по траншеям русскую пехоту.

— Братцы, вы кто будете? — через борт заглядывал немолодой офицер совершенно простонародного вида. Унтер, наверное.

— Охотники мы — вальяжно растягивая слова, ответил Семен — поручика Иванова команда.

Унтер выплеснул на нас малосвязанные благодарности и восторги и убежал к своим солдатам. Семен разгладил усы и самодовольно заявил: "Ни хрена без нас не могут".