Читаем Верняк полностью

На этом мои ностальгические воспоминания прервались, потому что в глубине супермаркета, ближе к задней его стене, я заметил пробивавшийся откуда-то неяркий свет. Это все было очень подозрительно: новехонький лимузин в развалюхе, свет в заброшенном здании... Я почувствовал, как напряглись мои мышцы.

Держа палец на спусковом крючке кольта "спешиэл", я двинулся вдоль полок туда, где мерцал свет. С каждым шагом он становился все ярче и ярче, и скоро я смог определить его источник.

Он шел из-за легких двустворчатых дверей в панели, такими панелями обычно выгораживают часть торгового зала, чтобы разместить за ними небольшой склад или офис. Я присел рядом на корточки, ощутив укол боли в раненой лодыжке, и замер, вслушиваясь. Через некоторое время до меня донеслось резкое щелканье и последовавший за ним скрежет. Затаив дыхание, стиснув рукоять кольта, я выждал с полминуты и толкнул дверь.

Так я очутился в комнате. В пустой комнате. И встал во весь рост.

Теперь свет был слева от меня и лился рекой. Река эта с одной стороны была зажата голой стеной, а с другой – каким-то странным деревянным сооружением, занимавшим всю середину комнаты, оно сплошь состояло из квадратных ячеек разной величины. Точно гигантские, неправильной формы соты. По-видимому, здесь хранились образцы всех имеющихся в наличии товаров. В свое время, конечно.

Я повернулся лицом к свету и оказался как бы перед входом в некий туннель: слева – стена, справа – "соты". И в конце этого туннеля, в полном соответствии с утверждениями мистиков, философов и оптимистов, действительно был свет!

Свет лился из помещения, которое, вероятно, служило когда-то офисом, с одной состоящей сплошь из стекла стеной. И Боже, что за чудесный аквариум это был! Только вместо рыбок в нем плавно двигались девушки неописуемой красоты... Зрелище потрясло меня – не оттого, что было неожиданным, нет, я ожидал чего-то подобного, но уж так резок, так контрастен был переход от пыли, серости и запустения к этому радужному многоцветию... Это был настоящий пир для глаз – и отчасти для всех других органов чувств. Потому что и уши тоже получали свою порцию впечатлений, причем достаточно сильных. Например, невинный щебет, когда я был замечен красавицами, достиг такого накала, что больше напоминал визг. Визг, рассеченный пунктиром размеренных мужских шагов.

Да, перед аквариумом, в нескольких футах от стеклянной перегородки стоял стул, под ним – пепельница с горой окурков, рядом валялись раскрытая книжка и скомканная газета.

Сейчас стул был пуст, но не было сомнений, что совсем недавно на нем сидел страж, и теперь этот страж – судя по нарастающему шуму шагов – возвращался на свое место.

Не успел я об этом подумать, как он появился, прошел мимо дальнего конца "сот" и направился к своему посту. Однако ни к чтению, ни к курению он уже не вернулся. Взгляд его был устремлен совсем в другую сторону. Куда же? Я постарался проследить за направлением его взгляда.

Не отрываясь и со все возрастающей тревогой он смотрел – насколько я мог судить по положению его головы – прямо на стеклянную стену офиса. Сногсшибательные девицы иностранного вида не скрывали своей радости по поводу моего появления – они поняли, что их пришли спасать! И это, естественно, вызвало некоторое беспокойство у их стража, который, конечно, никак не мог предположить вражеского вторжения на опекаемую им территорию, полную к тому же такого шума. Хотя, надо полагать, это был опытный охранник.

В каком-то смысле я был польщен. Это значило, что они рады меня видеть. И на мгновение я позволил себе, до того как страж метнулся подобно молнии к своему стулу, единственный раз в жизни насладиться зрелищем реального, живого и сладострастного гарема. Джинн из бутылки вырвался-таки на волю!

Мне хотелось бы продлить это мгновение чуть дольше, но в жизни не всегда удается делать то, что мы хотим. Похоже было на то, что мне не придется особенно долго наслаждаться этим зрелищем, несмотря на мое оптимистическое предположение, что в ближайшем будущем ничего непоправимого с этим гаремом не случится.

Возможно, будет нелишним упомянуть, что страж был не каким-нибудь жалким недомерком, не одним из тех худосочных заморышей, которых вы прежде могли видеть в рекламных изданиях "Барбелл". "Масл" и "Прекрасная Ханка". Нет, с ним шутки явно были плохи!

Это был весьма крупный экземпляр двуногого. Лысый, плотный. Я бы сказал, что в нем было двести сорок или двести пятьдесят фунтов. Таких лучше держать в клетке и до отвала кормить дешевым мясом.

Он был столь огромен, что, если бы вам предстояло с ним сразиться, было бы лучше его сначала застрелить, чтобы шансы сравнялись. Но я не мог попытаться его застрелить, хотя и серьезно подумывал об этом, потому что, если бы я промахнулся, я непременно попал бы в какую-нибудь из щебечущих красоток за его спиной.

Поэтому я сунул свой кольт в кобуру и побежал навстречу этому мощному бойцу.