Читаем Вена, 1683 полностью

Ремесленничество, организованное по уже устаревшей цеховой системе, тоже оказалось в застое. Вредное влияние оказывало общее разложение в обществе, притеснения и злоупотребления со стороны знати, отсутствие чувства стабильности и законности. Узость внутреннего рынка ограничивала возможности сбыта ремесленных изделий, а растущая конкуренция со стороны французских, английских, голландских и итальянских товаров вела к вытеснению отечественной продукции. Османская империя постепенно становилась для более развитых европейских стран типичным колониальным рынком, поставляющим сырье в обмен на готовую продукцию, а дистанция, разделявшая уровень турецкого хозяйства и европейского, все увеличивалась. В ремесленничестве исключение составляли ткачество, кожевенная продукция и производство оружия, высоко ценившегося за границей, по-прежнему успешно развивавшееся.

Общий хозяйственный застой и нарастающие кризисные явления отразились на военной мощи государства. В это время турецкая армия состояла из двух основных родов войск: формирований султана, получавших денежное жалованье из государственной казны, располагавшихся в Стамбуле и близлежащих крепостях, и провинциальных сил ленников, состоявших из придворных феодальных отрядов и народного ополчения, которое призывалось в армию в случае войны.

Первоначально вооруженные силы Турции формировались из ополченцев, из ленников султана (владельцев тимаров и зеаметов), обязанных нести воинскую службу на основании получения во владение надела земли.

Возрастание группы крупных феодалов и уменьшение числа мелких и средних владельцев земли привели к снижению численного состава этих войск. В XVII веке в Османской империи было 3192 зеамета и 50 160 тимаров, которые в сумме должны были выставлять 126 тысяч воинов; фактически же на некоторые кампании удавалось мобилизовать немного больше половины этого числа. Желая предотвратить упадок армии, турецкие власти постепенно увеличивали количественный состав профессиональных войск. Эти войска делились на пехоту и конницу. Ядро пехоты составлял корпус янычар, первоначально комплектовавшийся путем насильственного набора мальчиков из христианских семей. Их размещали в Стамбуле и Адрианополе (теперешний город Эдирне), воспитывали в духе слепого повиновения и мусульманского фанатизма. После отказа от системы принудительного набора корпус янычар разросся до 100 тысяч, из которых только 55 000 были настоящими воинами. В то же время он потерял в качестве, особенно после получения янычарами права на заключение браков и занятие ремеслом.

Кроме янычар в состав профессиональной пехоты входили: кадеты — ученики янычарских школ; солдаты, перевозящие орудия; бомбардиры, обслуживающие мортиры; артиллеристы; саперы и минеры (подрывники). Кроме того, были различные вспомогательные службы — например, стражники приграничных лесов, инженеры, специализирующиеся на строительстве лагерей, фельдшеры и хирурги, транспортные службы, оружейники, личные лучники султана, войсковой оркестр.

Профессиональная конница, которую в Польше называли сипахами[17] гвардии, состояла из нескольких видов: сипахов, силиндаров-мечников, легковооруженных улифицилеров (улан) и гариблеров (бешеных, или наездников), личных гвардейцев султана — мютефериков, а также воинов вспомогательных отрядов. Эти войска были вооружены значительно лучше, чем ополчение, были более дисциплинированными, поэтому и их боевые качества были на более высоком уровне. В XVII веке численность профессиональной турецкой конницы достигала 16—20 тысяч человек. Такая профессиональная армия была серьезной нагрузкой для казны государства. Ее моральное состояние со временем значительно снизилось, дисциплина упала, а в случае несвоевременного получения жалованья (при пустоте казны это случалось неоднократно) бунтовала и грабила свой же народ.

Больше всего воинов для профессиональной службы поставляли Османской империи провинции: Босния, Герцеговина, Черногория, а также скотоводческие народы Курдистана. Турецкая армия, как и все государство, представляло собой конгломерат различных народностей, объединенных одной религией — исламом, являвшимся весомым идеологическим фактором во времена войн с христианскими странами Европы.

В целом османские воины отличались личным мужеством и хорошим владением холодным оружием в бою, а вот в огневых сражениях, игравших все более значительную роль в битвах XVII века, проявляли меньшую стойкость. Вооружение турецкой армии было разнородным, но качественно оно не уступало европейским армиям, за исключением сипахов ополчения. Главным оружием янычар были так называемые «янчарки», по сути большие ружья калибра 12—27 мм с фитильным затвором и пластиночным прицелом. Они уступали европейским мушкетам в меткости и дальности выстрела, поэтому во второй половине XVII века турецкое командование начало вооружать свои войска самым современным оружием по образцу европейского.

Перейти на страницу:

Все книги серии Великие битвы и сражения

Похожие книги

«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное
Сумма стратегии
Сумма стратегии

В современном мире для владения стратегическим знанием нужно знать и понимать много других вещей, поэтому мы решили, что книга будет не только и не столько о военной стратегии. Эта книга – о стратегии как способе мышления. Она также и о том, куда и как развивается стратегическое знание, какие вызовы стоят перед стратегией в современном мире и в чем будет заключаться стратегия в мире постсовременном.Мы рассчитываем, что книга «Стратегическое знание» будет полезна и интересна всем читателям. Для кого-то она станет учебником или подспорьем в работе (в ней есть конспекты и схемы). Для кого-то – просто интересным чтением на любимую тематику (в книге много исторических и злободневных примеров успехов и провалов, стратегий и «стратегий»). А для кого-то, мы надеемся, материалом для размышления и полемики с авторами (потому что в ней будет много поставленных и не решенных вопросов).

Наталья Луковникова , Елена Борисовна Переслегина , Сергей Борисович Переслегин , Артем Желтов

Военная история / История / Политика / Самиздат, сетевая литература / Прочая научная литература