Но и небожители не вечны. Умер старейшина тэнгэринов Асаранги. И два могущественных тэнгэрина Хан-Тюрмас и Ата-Улан захотели быть на месте Асаранги и верховодить остальными тенгэринами. Спор перешел в ссору, ссора — в непримиримую вражду.

Дело кончилось тем, что пятьдесят три тэнгэрина приняли сторону Хан-Тюрмаса, а сорок три стали союзниками Ата-Улана.

Лишь один тэнгэрин — гордый и независимый Сэгэн-Сэбдэк, или по его второму имени Обо-Тэнгэри, остался посредине, не примкнув ни к кому. Но большинство со временем перетянуло его к себе — и пятьдесят пять могущественных тэнгэринов стали властителями западной половины неба и земли.

Сорок четыре тэнгэрина откочевали на восток и стали владеть восточной половиной земли и неба.

Хоть мир был поделен, а раздоры остались. Из-за того, что западные и восточные тэнгэрины вечно враждовали, восточным ввиду их меньшинства было труднее сражаться и творить добро.

Так пятьдесят пять западных тэнгэринов стали белыми и добрыми покровителями, а сорок четыре восточных предстали черными и зловредными для жителей земли.

<p>М.Н. ХАНГАЛОВ У</p><p>О БАЛАГАНСКОЙ “ГЭСЭРИАДЕ”</p>

У балаганских бурят с незапамятных времен устно передается из поколения в поколение сказка об Абай-Гэсэр-богдо-хане. Обыкновенно буряты называют эту сказку “Гэсэр-хан” или “Богдо-Гэсэр-хан”, но большей частью говорят “Абай-Гэсэр-гужи” (история Абай-Гэсэра), иногда говорят “Абай-Гэсэр-хани гужи”; а полное название будет “Абай-Гэсэр-богдо-хан”. Сказка “Абай-Гэсэр-богдо-хан” между другими бурятскими сказками занимает первое место, знающие ее бурятские рассказчики пользуются между бурятами почетом. При всяком удобном случае буряты в долгие зимние ночи стараются послушать или сказку про Абай-Гэсэр-богдо-хана или же другую какую-нибудь.

Бурятский рассказчик рассказывает, а все семейство бурят и собравшиеся соседи слушают сказку с большим вниманием. Сказки у бурят говорятся нараспев с рифмами, кто не может петь, тот говорит словами без пения. До чего достигает уважение бурят к рассказчикам сказок, можно видеть из народной поговорки: “онтхоши хун олбок пудушка дэрэ; души хун, дубун дэрэ”,— “говорящий сказки человек (рассказчик) на перине и подушке, а поющий (певец) на бутре”. Буряты говорят, что в “твердые годы” (тяжелые годы) “хату жилдэ”, в те годы, когда свирепствуют болезни, рассказывать сказку про Абай-Гэсэр-богдо-хана считают очень полезным, потому что нечистые духи, насылающие на людей разные болезни, будто бы боятся сказки про Абай-Гэсэр-богдо-хана. Иногда буряту, едущему в темную ночь по безлюдной степи, становится жутко, тогда он начинает, для отогнания нечистых духов, нараспев мурлыкать сказку про Абай-Гэсэр-богдо-хана. Если, собираясь в дальний путь, придется слушать сказку про Абай-Гэсэр-богдо-хана, это считается хорошим признаком, дорога будет благополучна и дела будут успешны. В прежние времена зимние долгие ночи часто проводили за слушанием сказок, что составляло развлечение бурят; ныне сказки оставлены, вместо них появились другие роды препровождения времени: карты, пьянство и пустое балагурство.

По словам бурят, если хороший рассказчик говорит сказку про Абай-Гэсэр-богдо-хана, то он кончает ее в 9 дней и ночей, т. е. в 9 суток. Если рассказчик не пропустит ничего, то в награду ему спускается с неба верховая лошадь в полной сбруе для верховой езды. Передают, что как-то раз один бурят рассказывал сказку про Абай-Гэсэр-богдо-хана в продолжение 9 суток, в конце сказки с неба спустился уже верховой конь в полной сбруе для верховой езды, но, к несчастью, рассказчик пропустил сказать, что Абай-Гэсэр-богдо-хан на пень дерева положил верховой кнут; какой-то невидимый человек сказал тогда: “хорошо сказка сказана, но только пропущен верховой кнут, положенный Абай-Гэсэр-богдо-ханом на пень дерева”. Тотчас же конь, спустившийся с неба, поднялся обратно вверх.